Ёж

– Слушай, Миша, джентльмен таежный, ты знаешь хоть, чем настоящий джентльмен отличается от фальшивого? = в голосе Жени слышались шутливые нотки, присказку о джентльменах ей недавно поведала Юлька, и, естественно, пока в памяти история была свежа, маленькая принцесса решила поделиться ею с ближним.

– Эммм, даже и не знаю, что тебе сказать. – Сандаль был весь внимание.

– Ну, скажем, заходит фальшивый джентльмен в ванну, а там принимает душ настоящая леди, типа меня, что он скажет?

– Простите, Евгения, я зайду попозже? – Миша рассмеялся, и в эфире защелкали помехи.

– Почти угадал, он скажет, простите, миссис, я не знал, что здесь кто-то есть. – В голосе Жени чувствовалось превосходство над этим лесным человеком, с не менее лесным именем. – Ну а теперь представим в такой же ситуации истинного джентльмена, что он скажет?

– Он без лишних слов присоединится к миссис? – Миша опять рассмеялся.

– Это из репертуара француза, – к разговору присоединилась Юля, – речь идет о джентльменах, секс раз в полгода только после утренней овсянки и прогулки с собакой Баскервилей.

– Давайте не томите, что за ответ? – Сандаль просто давился от смеха, и эфир рвало помехами.

– Джентльмен тот настоящий, кто скажет: «Простите, сэр, я не заметил, что тут кто-то есть».

– Не так оригинально, как я думал, пожалуй, я останусь французом. – Миша все еще смеялся. – Ладно, девчонки, конец эфира, отрубаюсь до вечера, мне еще пара точек предстоит, надеюсь, порадуете ужином. – В эфире громко щелкнуло, это говорило о том, что Сандаль отключился.

– Женька, я тоже отключаюсь, тут топориком помахать надо.

– Давай, Юль, до вечера, послушаем скоро речи Бори. – Она также щелкнула, извещая о том, что отключилась. Юля знала, что Миллениум все это время слушал их, но не вмешивался, все-таки и занудный он был тип, просто жуть.

Глава 3

За окном тьма окутала пустые улицы, мертвый город призраков превратился в большой парк ужасов, где живым не было места. Я поужинал тушенкой и запил ее крепким черным чаем.

Мясо, обработанное и запечатанное в банку, нынче стало совсем не то, что в моем детстве. Тушенка и рыбалка в те далекие годы были совершенно неотделимыми вещами, отец всегда брал пару банок, любовно выбранных в магазине, с собой. Ритуал покупки сопровождался потрясыванием и прикладыванием банки к уху.

Мы сидели с ним у реки, закинув удочки, ко времени обеда отец вскрывал тушенку, и мы ели добротные, ароматно пахнущие куски мяса прямо с ножа.