Цветок боли

– Я не понимаю, о чем ты говоришь!

– О том, как ты на глазах у всех, будучи женой Норана, кокетничала с мужчинами и соглашалась на встречи с ними. Со многими уже развлеклась? Не правда ли, бал – хорошее место, чтобы обрести столько желающих уединиться с тобой?

Моя голове шла кругом от всего услышанного, и я, пытаясь это осознать, лишь переводила взгляд с лица отца на лицо матери, наверное, ища ответа там.

– Папа, я не понимаю, о чем ты говоришь, – потом я вспомнила. Теперь все события бала пронеслись передо мной в невероятно ускоренном темпе.

 – Если ты имеешь в виду Изиса, да, я говорила с ним. Но он мой друг с детства.

– Замолчи! – с нотками истерии выкрикнула мама. – Не называй имена своих любовников! Хоть остатки стыда сохрани в себе!

– Мама, ты сама всегда одобряла мою дружбу с Изисом. Он же мне как брат. Все это время ты была счастлива, что я дружу с таким воспитанным мальчиком.

– А теперь я должна быть счастлива, что ты изменяешь с ним мужу?

– Почему ты так решила? Да кто вообще вам все это рассказал?! – я больше не могла сдерживаться, понимая, что меня грубо опорочили.

Только вот почему этому верят родители, я не знала.

– Твой муж, который просто не мог выносить твоего поведения, когда ты при всех унижала его и выставляла посмешищем, кокетничала и заигрывала со всеми подходящими к тебе мужчинами.

– Муж… папа, но почему ты веришь ему? С какими мужчинами я заигрывала? Да, я разговаривала с Изисом и с теми юношами, с которыми прошло мое детство.

Они подходили ко мне выразить свои поздравления по поводу моего брака с Нораном. Папа, я даже ни с кем не танцевала, зная, что это запрещено делать без разрешения мужа замужней женщине.

– Замолчи! Я что, должен поблагодарить тебя, что ты еще и не танцевала со своими любовниками? Ах, спасибо, дочка дорогая, что оказала мне честь – опозорила перед всеми, и помиловала, не стала открыто обжиматься с мужчинами, вроде как соблюдая нормы приличия.

– Хватит меня обвинять в том, чего нет! – мои щеки пылали, а саму меня трясло от возмущения.

 – Почему вы верите ему? Я ведь ваша дочь!

– Ты хочешь сказать, что у нас есть основания не верить Норану? Не верить твоему мужу, который все это время был заботлив и внимателен к тебе? Который сделал все, чтобы твоя жизнь была достойна и беззаботна? Он дал тебе все. Свой замок, эти наряды, которые на тебе, драгоценности, поселил в свой доме. Нам не в чем его упрекнуть.