Охота на тень

И к тому моменту всё уже будет записано».

Когда следующим утром проснулась Бритт-Мари, Бьёрн был уже на ногах. Он что-то насвистывал, и до Бритт-Мари доносилось радостное лопотание Эрика. Но тут она услышала ещё один голос. Тягучий хриплый голос, который был ей слишком хорошо знаком.

Бритт-Мари накинула халат, тщательно затянув пояс, и направилась в кухню.

– Здравствуй, красавица моя, – поприветствовал её Бьёрн, когда Бритт-Мари показалась на пороге кухни.

– Привет, – бросила она не глядя.

Её внимание было обращено к крупному мужчине, который, развалившись, сидел на стуле напротив Бьёрна, держа в руке бутерброд с ливерной колбасой.

Судден запихал остатки бутерброда в рот и отбросил со лба жидкие светлые волосы. Потом он указал пальцем на блокнот, который в раскрытом виде валялся на столе.

– Никак писательствовать решила? – пророкотал он.

Бритт-Мари подошла к столу и решительно схватила блокнот.

– Нет.

– Довольно жуткая историйка, – не унимался Судден.

Подавив отрыжку, он начал медленно подниматься.

Бритт-Мари молчала.

– Что ж, пора, наверное, мне уже домой, – заявил гость.

Он кивнул Бритт-Мари и медленно побрёл в сторону прихожей.

Бритт-Мари скрестила руки на груди и метнула в Бьёрна злобный взгляд. Тот лишь пожал плечами. Едва услышав звук захлопнувшейся двери, Бритт-Мари зашипела:

– Что, чёрт возьми, он здесь делал?

– Просто проходил мимо.

– В семь часов утра?

Бьёрн развёл руками.

– Он шёл домой.

– В такое время? Где он шлялся всю ночь?

– Почём я знаю? Я же ему не мать.

Судден – один из приятелей Бьёрна, которого Бритт-Мари на дух не выносила. Помимо того, что он был странным, если не сказать маргинальным, Судден к тому же нигде не работал, и насколько понимала Бритт-Мари, в жизни его главенствовали два интереса – глушить пиво в старом дачном домике своей матери да ещё играть на скачках.

– Сматьите! – воскликнул Эрик, держа в руках столовый нож.

На кончике ножа был наколот кусочек сыра.

– Ой, какой же ты у нас умница, – промурлыкала Бритт-Мари, направляясь к кофеварке, чтобы сделать себе чашечку кофе.

– Не могли бы мы договориться не принимать гостей до девяти утра? – так спокойно, как только могла, произнесла Бритт-Мари.

– Так ведь его никто и не приглашал.

Бритт-Мари долгим взглядом поглядела на мужа и поставила чашку на столешницу. Затем достала из холодильника яйца и ветчину.