Триллер

Триллер

Фёдор Чеховский

Кто-то участвует, кто-то наблюдает, кто-то знает, кто-то думает, что знает… и лишь немногие живут.Жизнь – это череда хитросплетений множества событий, истинная красота которых познается при рассмотрении их с разных ракурсов. Вот только часть ракурсов доступна только из-за грани…

Триллер.

Глава 1.

Взгляд.

Как часто в повседневной жизни, и даже обыденных и простых вещах и событиях, можно разглядеть знаки всевышнего проведения, или, напротив, след науки. Или чего-то сверхъестественного.

Судебные приставы уводили под руки, крепко-связанные оковами правосудия, плотного телосложения мужчину. Зал суда, переполненный причастными и просто зеваками, молчал. Лишь мгновенье назад Лотрек, сказав последнюю речь, кинул взгляд на зал заседания. Он не был устремлен кому-то определенному, он смотрел поверх голов. Так, во всяком случае, всем показалось. Однако же, взгляд этот сковал молчанием даже самые неугомонные и безучастные уста сплетников и журналистов.

Глава 2.

Твердость.

Что есть твердость и что мы о ней знаем? Твердость – это физическое свойство материала, материи, характеризующая ещё способность сопротивляться сжатию. Давлению. Если материал, вещество, тело – твердое, то оно сомнет противостоящий материал, предмет или тело. Если – недостаточное твердое, то поддастся давлению, появится вмятина.

В общих чертах, конечно же.

Естественно, есть вещества более твердые, а есть менее.

Человек, как материальное тело, тоже обладает твердостью. Каждый. Но твердость эта, относительно, конечно же, невелика по сравнению с окружающими его предметами и телами, и более того, довольно постоянна.

Другое дело – его характер, сущность, суть. Вот где таится потенциал невероятной и поразительной твердости. Равно как и у стали твердость достигается специальной обработкой, сжатием, уплотнением на уровне молекул и атомов, так и характер человека может достичь непостижимых высот Роквелла или Бринелля.

Обстоятельства заслушанного в суде дела выявили полное отсутствие у осужденного каких-либо связей, друзей, родственников, которые могли бы засвидетельствовать хоть что-то, смягчающее его приговор, а потому машина правосудия просто обязана была подавить его твердость своей несгибаемостью. И подавила.