Мой герой

Разве она еще не поняла по его телефонному молчанию, что он действительно заслуживал ее настороженности?

– Никто не зовет вас Оливером?

– Нет. – Он слегка повысил голос.

– Даже ваша мама?

Она скептически подняла бровь. Ее взгляд казался немного смешным, как будто волнистый попугайчик пытался напустить на себя устрашающий вид.

– Умерла, – резко выпалил он.

Он заметил, как в ее глазах появилось сочувствие. Его мать умерла, когда ему было семнадцать лет. И отец тоже.

В том, что она неправильно истолковывала мотивы его прихода, не было никакого сомнения.

Тем более, с таким человеком есть только один способ общения – грубая прямолинейность.

– Больше не звоните мне, – сказал он, выдерживая ее взгляд. – Я не собираюсь вам помогать. Даже если вы позвоните мне шесть миллионов раз. Я не герой. Я не хочу быть вашим другом. Я не хочу спасать ваш городок. И не звоните моему боссу больше, потому что вам не стоит становиться моим врагом.

Салливан заметил, что умение читать людей слегка подвело его.

Он посчитал, что ее легко будет запугать, заставить отступить. Вместо этого он увидел, как этот маленький ротик вытянулся в упрямую линию, а для него это значило только одно – неприятности.

Сара, сбитая с толку, смотрела на своего незваного гостя. Его внезапно резкий тон и появление в ее саду усилили в ней ощущение неловкости. По дому всегда было чем заняться, работа никогда не заканчивалась. Но полная сосредоточенность на ревене сделала ее уязвимой. Хотя Сара подозревала, что, даже если ожидать этого мужчину, накрыть стол и надеть приличное платье, в его присутствии все равно будешь чувствовать себя неловко.

То видео плохого качества, которое она смотрела, как и миллионы других людей, на самом деле не подготовило ее к реальному Оливеру Салливану. Хотя она уже поняла по непринятым звонкам и упорному молчанию, что он не собирается быть тем «милым парнем, который спас щеночка».

Из тридцати секунд видео она сделала очень много выводов. Он был отважным. Это можно было прочесть в его глазах.

Мужчина, который ничего не боится. Но она думала, что мужчина, рискнувший своей жизнью ради собаки, в конце концов, должен быть добрым и сердечным. И если его сообщение на автоответчике было чуточку резким, то это только из-за его профессиональной привычки. А с другой стороны, почему тогда он не перезванивал в ответ на ее настойчивые звонки?

И теперь он был откровенно груб с ней. Ничего сердечного в этих темных глазах не было.