Подари мне волшебство

Вдруг, словно из ниоткуда, на обочине материализовалась какая-то фигура. Низкорослый, словно гном, человек с натянутым по самые глаза капюшоном вел под уздцы пони. Животное, ослепленное светом фар, бросилось прямо под колеса машины Сэма. Человек, против здравого смысла, не бросил узду и упал на колени, а испуганное животное волокло его за собой.

Сэм резко ударил по тормозам, машину развернуло на скользкой дороге, и тут он услышал тошнотворный звук. Сэм поставил автомобиль на ручной тормоз, выскочил из машины и бросился к переднему бамперу.

Карлик, целый и невредимый, стоял на коленях и отплевывался от снега. Серый коренастый пони с взлохмаченной темной гривой лежал под самым бампером. Пони отряхнул припорошенную снегом гриву, громко фыркнул и вскочил на ноги. Животное злобно взглянуло на Сэма и попятилось. Он осторожно придвинулся к пони, но тот снова сделал шаг назад.

– Не пытайтесь ее поймать, – произнес карлик неожиданно мелодичным женским голосом, – иначе она побежит.

– С вами все в порядке? – спросил Сэм, опустившись на колени рядом с женщиной. – Почему вы, черт возьми, не отпустили поводок, когда животное побежало? Этот пони уволок вас практически под колеса моей машины!

– Я бы отпустила, если бы не пыталась поймать эту дурочку целых полтора часа!

Что-то в голосе этой женщины, раздраженном и хриплом, заставило Сэма вздрогнуть. Он протянул руку к ее капюшону и откинул его, осознав, что задержал дыхание.

Капюшон упал назад, и Сэм обнаружил, что видит самые прекрасные глаза на свете: карие, с зелеными и золотистыми прожилками. Медового цвета волосы девушки отливали золотом.

У Сэма перехватило дыхание. Ханна Меррифилд повзрослела, и меньше всего она походила на карлицу.

Глава 2

Ханна? Не может быть! Сэм изумленно разглядывал девушку. Под необъятной клетчатой курткой, которую она, видимо, второпях набросила на себя, был надет изящный черный костюм, выгодно подчеркивавший стройную фигуру с приятными округлостями в нужных местах.

Ханна с досадой посмотрела на пони и провела рукой по растрепавшимся волосам. Однако макияж был в полном порядке: сдержанный, но изысканный, оттеняющий красоту и необычный оттенок ее глаз, в которых читались испуг и раздражение. Ее губы были покрыты нежно-розовым блеском, и Сэм внезапно вспомнил вкус и мягкость этих полных губ.