Сильные духом

Ее худоба кажется болезненной, волосы – безжизненными из-за частого осветления.

Она пьяна. В этом отношении ничего не изменилось.

– Оставь меня в покое, – пробурчала Серенити.

– Да. Оставь ее в покое, – сказала Грейси. – Здесь, правда, нет ничего такого, с чем я не смогла бы справиться.

Рори проигнорировал обоих.

– Послушай, Рори, ты просто не знаешь всех деликатных моментов этой ситуации.

– Не знаю, – ответил он, хотя на самом деле был уверен, что понял все эти «деликатные моменты». Очевидно, Серенити узнала каким-то образом о гибели Грэма и решила выразить соболезнование его горюющей сестре, а заодно посмотреть, нельзя ли получить с нее какую-нибудь выгоду.

Это привело его в ярость, но за годы военной службы он научился держать под контролем свою агрессию и давать ей выход только в самом крайнем случае.

Поэтому он позволил себе только бросить на Грейси мрачный взгляд, дав ей понять, что на него не произвело впечатление то, как она справляется со своими проблемами на данный момент.

В ответ она смерила его испепеляющим взглядом.

– Здесь нет ничего такого, с чем я не смогла бы справиться, – повторила она.

– Учитывая то, что эта женщина сплошная головная боль и ее пони пожирают траву в лучшем парке Мейсона, возможно, ты захочешь допустить, что проблем у тебя выше крыши.

Ее губы дернулись, но она ничего не ответила. Должно быть, она сама уже убедилась в том, что все именно так, как он сказал.

Но что-то в глубине ее глаз заставило его насторожиться.

По какой-то причине она хотела, чтобы Серенити присутствовала в ее жизни.

Что могла предложить ей Серенити? Что она от него скрывает?

Вот черт. Его чувства действительно задеты, и это удивительно. Он узнал, что у него есть слабость, без осознания которой он мог бы спокойно жить дальше.

– Эй. – Наклонившись, он потряс Серенити за плечо. – Просыпайся, забирай своих пони и вали отсюда.

Удар последовал сбоку. Сбитый с толку, он сперва подумал, что это Грейс на него набросилась и почти сбила его с ног.

Сделав шаг в сторону, он сохранил равновесие, выпрямился и почувствовал досаду из-за того, что позволил напавшему застигнуть его врасплох.

Хуже всего было то, что его противник был от горшка два вершка.

Когда мальчик собрался ударить ногой в ковбойском сапоге по лодыжке Рори, тот выставил руку и отпихнул его от себя. Он промахнулся, но попытался еще раз.

Рори не привык иметь дело с детьми, поэтому не мог точно сказать, сколько лет мальчику.