Дно разума

Из карманов посыпалась всякая дрянь: квартирные ключи, мелочь, использованные трамвайные билеты… Вывалилось оттуда и недавнее приобретение Добрынина, странная дырявая монета со звездой и крестом. Напарник подобрал монету и сунул себе в карман. Потом он перевернул Мартына Мартыновича, бесцеремонно сбросил с дивана бесчувственную Марию Степановну и положил его на диван лицом вниз.

Главарь стащил со страдальца трусы и провел щипцами по дряблым телесам.

– Скажу… Все скажу… – прохрипел страдалец.

– Давай, колись!

– За часами… в стене…

Часы были тут же сброшены на пол.

Под ними открылась небольшая ниша, в которой стояла деревянная шкатулка. Парень нетерпеливо схватил ее, открыл… Тускло блеснула россыпь монет.

– То, что надо, – прокомментировал он. – Валим отсюда.

Он завернул шкатулку в ту самую бархатную ткань, на которой Мартын Мартынович рассматривал свои приобретения.

– Ну будь здоров, дед, – сказал он в заключение Добрынину. – Копи эту дрянь. Мы, возможно, еще к тебе наведаемся.

И оба негодяя покинули разгромленную квартиру.

Некоторое время Мартын Мартынович неподвижно лежал на диване со спущенными трусами и связанными руками и ногами, потом, услышав, как хлопнула входная дверь, закряхтел, зашевелился и сполз на пол. Тут он увидел перед собой выкаченный глаз жены и позвал:

– Маруся?..

Мария Степановна не откликалась.

– Да очнись ты! – в сердцах воскликнул Мартын Мартынович. – Ушли они…

Но супруга оставалась безмолвной.

– И черт с тобой, – гневно произнес Добрынин.

 – Сам как-нибудь освобожусь.

Он стал энергично работать руками, стараясь ослабить стягивающие их веревки. И минут через пятнадцать это удалось. Руки были свободны. Мартын Мартынович развязал путы на ногах, потом потряс жену за плечо.

– Вставай!

Голова Марии Степановны безвольно дернулась, как у тряпичной куклы, и стукнулась о пол.

– Чего это с тобой? – испуганно пробормотал Добрынин. – Маруся, ты как?

Супруга не отвечала, и тогда Мартын Мартынович, еще не веря в случившееся, взял ее за запястье и постарался нащупать пульс.

Пульса не было!

Неужели?! Неужели долгожданный момент наступил?! Он не мог поверить своему счастью. Что же с ней? Зарезали? Добрынин наклонился над бездыханным телом. Рана на животе была совсем маленькой. Кровь уже не бежала, а, пропитав ткань халата, запеклась на нем.

Добрынин доковылял до телефона и набрал «02».

– Ограбили, жену убили!.. – заорал он в трубку.