Одна среди туманов

Вот только долго ли это продлится?

– Наверное, потому, что кроме меня у нее никого больше нет.

Трипп продолжал рассматривать меня, и я внутренне напряглась.

– Иными словами, ей больше некуда бежать. Как и тебе. – Он произнес эти слова с усмешкой, но без злобы. – Да вы просто идеальная пара!

Оттолкнувшись от стены, я сделала шаг к лестнице.

– Извини, мне нужно торопиться.

– Я сам тебя отвезу. В таком состоянии тебе нельзя садиться за руль. Тем более что на обратном пути тебе придется везти ребенка.

Когда он назвал Кло ребенком, я чуть не рассмеялась. Я-то хорошо ее знала, но Трипп… Видел бы он этого ребеночка!.. Вместе с тем я не могла не признать, что Трипп прав. Мне очень повезло, что я добралась до Миссисипи без происшествий. Да, я поступила самонадеянно и глупо, отправившись через всю страну под действием замедляющих реакцию таблеток (и это было не единственное их побочное действие), но такой уж я стала: глупой, безответственной и… несчастной.

– Что ж, спасибо.

 – Я всмотрелась в его лицо. – Хотела бы я только знать, отчего ты так со мной любезен?

Трипп не отвечал так долго, что я успела пожалеть о своем вопросе. Я совсем забыла: задавать вопросы Триппу Монтгомери было все равно что ходить по минному полю.

– Наверное, оттого, – промолвил он наконец, – что я не вижу очереди из желающих тебя подвезти.

Возразить на это мне было нечего, и я отправилась в кухню, чтобы предупредить Кло о нашем отъезде. На улицу я вышла через заднюю дверь.

Ветви на упавшем дереве слегка раскачивались под ветром, словно оно все еще было живым, но черные силуэты ворон на них неожиданно показались мне зловещими. Пока кипарис стоял, птицы регулярно садились на его ветки, но сейчас они напоминали падальщиков на трупе. Яму у вывороченных корней кто-то прикрыл брезентом, но желтая полицейская лента была по-прежнему на месте.

Низкое закатное солнце заливало теплым оранжевым светом поля, болота и задний двор, играло на стенах желтой усадьбы и на ветвях упавшего дерева.

За каких-нибудь двадцать четыре часа моя жизнь круто переменилась, а владевшие мною безнадежность и растерянность сменились ощущением, будто я, словно отцепившийся вагон, стремительно несусь с горы вниз, навстречу мощной кирпичной стене.

– Эта желтая лента еще долго будет здесь висеть? – спросила я Триппа, думая о Кло, которая, подобно всем подросткам, испытывала нездоровую тягу ко всему связанному со смертью и тленом.