Любовь, связавшая фамилии врагов. Счастье или государство?

Такое ощущение, что кровь в голову поступала в двойных порциях. Но мне так не хотелось отвечать на такой простой вопрос. Я ждала чудо, но его все не было и не было. Что за человек этот Джуан? Мне необходимо было сменить тему разговора.

– Зачем вы разрушили храм? – спросила я, не ожидая ответа.

По лицу царевича проскользнула мимолетная улыбка. Он приблизился так, что шептал на ухо: «Не меняй тему разговора». Жилки в моем теле дрожали, а руки и ноги тряслись. Чтобы он этого не заметил, мне пришлось напрячь все тело.

Джуан положил руку на мое плечо. Горячая и грубая, но очень сильная. Как Атлас под тяжестью небосвода, я не могла сдвинуться с места.

– Встань, – сказал царевич, но я понимала, что этого делать нельзя, ни в коем случае. Он повторил, но я не шелохнулась. Страх перед тем, что последует, сковал мне ноги так, будто я опустила их в ледяную воду источника.

Больше ничего не говорил, Джуан просто взял и поднял меня на руках. Я молчала и не оказывала сопротивление. Он бросил меня на кровать, и как только я попыталась скатиться с нее, царевич схватил меня за руки и держал их над моей головой.

Ему не нужна была вторая рука, чтобы удержать меня. Парень сорвал с меня медальон, который совсем недавно сам отдал мне и бросил его куда-то в стену. Его вторая рука лежала на моей ноге. На коленной чашечке. И вдруг я ощутила, как она медленно движется к бедру. Мышцы в моем теле онемели. Не знаю, что на меня нашло, но я заплакала и сквозь слёзы прошептала: «Не надо». Словно пересилив себя, царевич остановился.

– Что ты за женщина, если так реагируешь, когда до тебя дотрагивается совершенно незнакомый мужчина. Твои слова и тело говорят о совершенно противоположных вещах. Давай сыграем в другую игру. Если ты меня поцелуешь, я ничего тебе не сделаю. Или ты хочешь продолжение? – усмехнулся Джуан.

– Хорошо, – сказала я, но совершенно не почувствовала облегчение. Я приблизилась к его лицу, представила Бреса и поцеловала в щеку этого шантажиста. Могу ли я вообще доверять ему? Он избавится от меня при первой появившейся возможности.

Этот человек – враг семьи. Почему я так слаба перед ним? Сердце и тело отказываются повиноваться мне.

Разве я похожа на Руарскую царевну? Хотя я сейчас и не она, а дочка настоятеля храма. Это позор. О котором, я надеюсь, никто никогда не узнает. Но я не смогу забыть эти мгновения. Когда мое тело таяло под руками этого властного парня, а в голове проносилось «еще», которое очень хотелось заглушить.