Белая башня

А значит что?

– Что?

– Что образовалось время, которое можно с успехом использовать для отдыха и восстановления сил… – он отвернулся. – В конце концов, я уже не молод, а эти двое до крайности истощены. Что до вас, молодой человек, то вам лишь кажется, что сил много. типичное заблуждение для вашего возраста. И потому советую…

– Он прав, – Тень бросил в огонь пару палочек. – Если есть время для отдыха, то нужно его использовать.

Джер явно не желал соглашаться. Но и спорить не стал.

Лег. Поерзал, пытаясь как-то устроиться на голой земле.

– А… этот круг… он… вдруг я его сотру?

– Тогда я весьма разочаруюсь в себе, – отозвался Карраго.

– Не сотрется, – Винченцо провел пальцем по линии. – Есть… такие заклятья, которые помогают стабилизировать изображение.

– А почему там бы стерся?

– Там он не стерся бы, там бы его проломили. Энергетическую составляющую. И да, живых граница пропустит. Но злоупотреблять не советую.

Джер молчал минуты две. Но спать ему определенно не хотелось. Вот ведь.

– А как же раненые?

– Какие?

– Вот он, – Джер указал на парня.

– Он как раз спит. Разумный юноша.

– А Ица?

– И она спит!

– Долго! Это нормально, что она спит так долго? И почему вы его просто не излечите? Вот… – он даже сел. – Это же ж…

– Начинаю вспоминать, почему все мои отпрыски до достижения тридцати лет живут на своих этажах…

– Потому что это не так просто. Нельзя сделать что-то из ничего. Сейчас сил нет ни у меня, ни у… кстати, как его зовут?

– Зови теперь Красавцем, – Тень сидел на корточках.

– Наемники отличаются невероятной суеверностью. Они полагают, что истинное имя человека дает магу власть над этим человеком.

Похоже, Карраго тоже не спалось.

– А не дает? – Дикарь держался у границы.

– Как сказать… сильный маг и без имени обойдется. А слабому, тому да, имя лишним не будет. Красавчик… длинновато, не сочтите за критику.

Тень тихо вздохнул.

– С другой стороны да… жить он определенно будет, теперь в этом сомнений нет.

Винченцо тоже лег.

Жестковато.

И корень какой-то, выбившись из земли, упирается в ребра. И главное, не покидает ощущение полной ненормальности происходящего. Будто он, Винченцо, заблудился в чьем-то донельзя безумном сне.

Размышляя об этом он и уснул.

Быстро.

Словно разом отключился. Причем как-то сразу и ясно понял, что спит.

Туман.