Дикарь

Он завершил экскурсию в галерее, что выходила на внутренний двор башни. Некогда служивший частью зверинца, ныне он преобразился. Правда, запахи сохранились, но со временем выветрятся и они.

В лицо ударил порыв ветра, и мастер поморщился.

Он не любил покидать лабораторию.

– Сегодня мы имеем удивительную возможность оценить почти готовый продукт. Данная особь была изготовлена по особому заказу, впрочем, как и остальные, – он потер внезапно вспотевшие ладони.

Внизу, в небольшом дворике, обнесенном прочной решеткой, металось существо.

Оно было, несомненно, человекообразно, однако двигалось настолько быстро, что, казалось, просто-напросто исчезало в одном месте, появляясь в другом.

– Шустрый, – сказали близнецы хором и наклонились, перевесились, желая разглядеть существо поближе. Что ж, отчего бы и нет?

Мастер поднес к губам костяной свисток.

Ульграх дернулся. Услышал? Стало быть, правы те, кто утверждает, что века селекции носителей силы сделали их отличными от обыкновенных людей.

Подумалось, что было бы весьма интересно взглянуть, сколь далеко простираются отличия. Но… мастер улыбнулся.

Даже мысли подобные опасны.

А вот существо, услышав звук, замерло.

Пусть и нехотя.

– Он… он ведь выглядит… как… человек? – заикаясь, произнесла девица и посмотрела на Ульграха.

– Именно. И это было одним из главных условий сделки. Изменения не должны бросаться в глаза. Но присмотритесь.

Образец вскинул голову и оскалился. И показалось вдруг, что он видит.

Несмотря на туманную завесу, на полог защитного заклинания, окутавшего галерею, все одно видит. Верхняя губа дернулась.

Из глотки объекта вырвалось глухое рычание.

– Он… он… нас…

– Он довольно агрессивен, – поспешил успокоить Мастер. – Это нормально. Мы стараемся в полной мере сохранить разум, а преображения связаны с болью. Вследствие и возникает подобная неприязнь. Однако опасаться совершенно нечего. Позвольте?

Галерея заканчивалась узкой лесенкой, что спускалась во дворик.

Слишком уж узкой и неудобной. Но мастер спустился. Он старался двигаться спокойно, хотя взгляд образца, единожды зацепившись, не отпускал мастера ни на мгновенье.

И в желтоватых выпуклых глазах читался приговор.

Вот уж нет.

– Один из важнейших этапов обработки – установка контроля за разумом. На первом этапе – жесткая, – Мастер говорил громко, надеясь, что голос его звучит в достаточной мере уверенно.