Дом последней надежды

Она излишне суеверна, и после смерти супруга мир вокруг, и без того представлявшийся ей местом в высшей степени беспокойным, наполнился всякого рода чудовищами.

Иоко тяжело поспевать за матушкой.

Ноги гудят.

Да и фурисодэ не предназначено для бега… но кто и когда ее слушал? Лишь в повозке, под защитой четырех слуг с бамбуковыми палками, матушка вновь примеряет сползшую было маску.

– Я довольна тобой, – говорит она.

А Иоко отправляет в рот рисовый колобок, припрятанный в рукаве. Она слишком устала, чтобы отвечать.

И матушкино недовольство – вдруг бы кто увидел, как дочь великолепного Хигуро крадет еду, будто нищая служанка, – не способно испортить настроения.

Глава 3

Утро начинается с даров.

Их приносят слуги, оставляя на пороге, и матушка не спешит убирать лаковые коробочки, позволяя себе насладиться триумфом.

– Сомневаюсь, что у самой Ноноки больше даров, – повторяет она снова. – Вот увидишь, мы выберем тебе достойного мужа.

Выбрала.

Ах, если бы матушка послушала Иоко…

Их ведь было столько, тех, кому она отправила перо золотого фазана, приглашая в гости.

К примеру, печальный задумчивый Ювэй, славный своими лавками.

– Слишком стар для тебя, – отмахнулась матушка. – И у него четверо детей. Если он умрет, тебя вернут в мой дом.

Кажется, именно тогда у Иоко появилось чувство, что матушка спешит избавиться от нее, не желая больше делить свой дорогой дом еще с кем-то.

Был Кокиру, воин, известный своей храбростью.

– Слишком дерзок, и, поговаривают, Наместник не желает более терпеть его неучтивость…

Гоши, тихий торговец.

– Он из тех, кто думает, что может позволить себе несколько жен. Ты же не желаешь быть третьей? У него и дома-то собственного нет! Он ездит от одной жены к другой… нет, нам такого не надо…

Она отсеивала женихов, как порченый рис, и когда на дне лакового короба осталась лишь пара зерен, задумалась.

– Вот Каито, – сказала она, позволив молодому человеку с круглым желтым лицом взглянуть на Иоко, – и он славный сын славного отца.

Каито был крупным.

И толстым.

Его уши были круглы, и два подбородка возлежали на груди. Он носил желтые одежды, подчеркивая свое родство с Домом Дракона, и много говорил.

У него дурно пахло изо рта.

– Я не хочу видеть его своим мужем, – сказала Иоко, когда Каито покинул дом, уверенный, что произвел на невесту правильное впечатление. О да, он всегда-то знал, что велик и что величия этого достаточно, дабы затмить глаза.