Дикий, дикий Запад

– Рехнулись?

Да если я сдерживать не стану, от него кучка пепла останется. Небольшая такая. Прошлая в шляпную коробку влезла, которую матушка потом искала, а я соврала, будто ее крысы попортили. О происшествии мы с Эдди решили матушке не говорить.

Переживать ведь станет.

– Отнюдь нет, – сказал графчик.

– Мистер…

– Можно просто Чарльз, – перебил он. – Раз уж нам предстоит общее дело. Да и ваш брат вчера… Уж не знаю, говорил ли он…

– Что хочет спровадить меня отсюда? Говорил.

– В таком случае отлично.

– Меня не учили.

Нет, когда-то давно матушка что-то там говорила про правильное дыхание и мы даже дышали на счет, это казалось удручающе нудным, хуже даже игры на клавесине.

Клавесин хотя бы смешно дребезжал, а дышать…

– Это я заметил. Сила часть вас. Как сердце или легкие. Вы ведь не пытаетесь контролировать работу сердца? Представьте, если бы вам пришлось следить за каждым его ударом.

– Свихнуться можно, – представила я и согласилась.

– И Сила – то же самое. Ей нужна свобода.

– А сгореть не боитесь?

– Ничуть. Та Сила, что течет через вас, именуется в классической науке сырой, природной. Любое живое существо, орк ли, человек ли, бледноволосый ли сиу, даже высшие животные и те способны пропускать сквозь свое тело Силу.

– То есть моя лошадь – маг? – поинтересовалась я. А разговор и вправду интересный. В той книжке, конечно, что-то там говорилось, но на диво замудрено.

– Нет. Сейчас установлено, что общий процент одаренных не так и велик. Среди людей способностями оперировать сырой Силой обладает едва ли каждый сотый. У орков – каждый десятый. У сиу…

– Каждый, – отозвался Эдди.

– Каждый третий.

– Каждый. – Ухо братца дрогнуло. – Просто не все хотят.

– В каком смысле?

Вот ведь, и надо ему было влезать в наш разговор? Хорошо ведь ехали. Я усваивала науку… честно, я люблю учиться. И читать сама стала, и писать. Правда, матушка говорит, что поскольку училась я сама, то и почерк у меня сложился такой, который прочесть способен лишь Эдди.

Упряма.

Так и есть.

– У них меньшие колобродят, – сказал Эдди, перекидывая винтовку поперек седла. Он нахмурился, вглядываясь во что-то впереди. И я вгляделась, но ничего-то помимо скал, что поднимались все выше и выше и уже прорезались красной короной хребта, не увидела.