Леди и некромант – 2. Тени прошлого

Даже то, что прожил он лишь год после смерти матушки, не спасло те жалкие крохи, которые еще оставались у семьи. Нет, Ниэль пыталась что-то сделать…

Она продала чудом уцелевшие драгоценности, правда, дали за них сущие гроши, но и их хватило, чтобы ненадолго расплатиться с кредиторами.

– Мы… – она говорила тихо, глядя исключительно в пол, и от шепота этого у меня по спине мурашки бежали. Причем вовсе не от сочувствия. – Мы… решили… что попытаемся сами… кур завели… и еще поросят. Коз… доили и продавали молоко…

Я развернулась и тихо выскользнула из гостиной.

Нет, помощь ближнего помощью, но зачем было ее сюда тащить? Гуля нырнул под руку, наклонил голову, подставляя хрящеватое ухо.

– Я стала слишком эгоистичной? – спросила я тихо.

Надо же, а никто и не заметил моего ухода. Грен подливает гостье чай. Тихон медитирует над собственной кружкой, в ней силясь разглядеть наше будущее.

Ричард по-прежнему за ручку держится.

Идиот.

Я фыркнула и, дернув Гулю, сказала:

– Но ведь чушь же!

– Полагаешь? – Альер возник передо мной.

 – Неужели в сердце твоем нет ни капли сочувствия?

Нет.

Я хорошо искала.

И сочувствие в том числе, но… вот хоть убейте, не была эта девица похожа на страдающую фермершу. Ручки вон чистые, гладкие. И конечно, можно представить, что с козами и курами не сама она возится, но…

Ощущение фальши не уходило.

– Какая разница, – я потянула Гулю за собой. Прогулка по городу отменилась, но это еще не значит, что я должна сидеть в четырех стенах.

 – Просто… не знаю…

…я присела на ступеньки.

День.

Солнце круглое, яркое, висит над городской стеной, точнее над остатками ее. Некогда высокая, ныне она частью осыпалась, частью была поглощена все теми же бело-кукольными домишками. Они поднимались один над другим, слипаясь стенами, соединяясь арками и образуя удивительнейший узор.

Жаль, отсюда не видно людей.

А вот улочки блестят фальшивой позолотой камня. И краешек реки виден, темно-зеленой, будто из камня высеченной.

Я сидела долго.

Думала… нет, не думала, просто смотрела, дышала и представляла себя на этих вот золоченых улочках, в наряде курортном, чтобы юбка пышная в узкую полоску, воротничок отложной. Рукава с лентами и всенепременная шляпка из соломки.

Какой курорт без соломенной шляпки?

Гуля, чью шкуру я почесывала, блаженно жмурился. И в этот миг нам не нужен был… а никто не нужен был. Но ничто хорошее не могло длиться вечно.