Леди и некромант – 2. Тени прошлого

Ведь задело же… и обездвижило заклятье, и в первое мгновенье Ричард даже испугался.

Это ложь, что некроманты не знают страха.

Еще как знают. И он не исключение. Он еще успел подумать, что глупо будет просто взять и умереть, не добравшись до кладбища, и не рассказав о своей догадке никому…

…глупо и удобно.

…для Ульриха. Вот уж кто горевать не станет… и злость накатила такая, что он забыл, как дышать. А потом вспомнил и не только о дыхании.

Вдох.

Выдох.

И закрытые глаза… сон? Пусть… сны бывают разными, ему ли не знать… и те полгода, которые Ричард потратил, пытаясь постичь путь шаманов Севера, не прошли даром.

В этом полусне-полуяви, когда разум отделяется от тела, с телом можно сделать многое…

…главное, не спешить.

У них, этих троих, что пришли по душу Ричарда, наверняка в запасе есть еще что-то, и стоит магу заподозрить, что жертва более подвижна, чем ему представлялось…

…серое колечко, сплетенное из волос утопленницы, сдобренное каплей крови горного хрэса. Заемная сила, дурная, тяжелая, с которой не всякий совладать способен.

Но выхода нет. Если, конечно, Ричард хочет выжить.

…пустяковина, если разобраться…

…с виду…

…это хорошо, что с виду пустяковина, да… приглядись кто к плетению, и не миновать беды… от кольца прокатилась теплая волна, сметая остатки заклятья. И благо, что маг оказался слишком самоуверен, а может, недостаточно умел, чтобы почуять неладное.

Ждать.

Хуже нет, чем просто лежать и ждать. Нервно вслушиваясь в то, что происходит вокруг, гадая, не будет ли это ожидание само по себе ошибкой: вдруг да не станут подходить, а пристрелят издали…

…он и дышать старался через раз, надеясь, что стук сердца не выдаст.

…тень на лице.

Запах чужака, который кажется резким, отвратительным. И он сам, наклонившийся, такой поразительно беспечный.

Прикосновение.

Влажноватая смуглая кожа. И сила, которая вцепилась в чужую шею…

А ведь можно было бы иначе… парализовать… допросить…

– Что, совесть мучает? – Альер материализовался рядом.

Он не нашел лучше, как усесться на мертвеца и потянуть за крупную золоченую пуговицу на его куртке.

– Уйди, – попросил Ричард, сплевывая.

Оливия ничего не сказала.

Она сидела, уставившись в одну точку, и дышала мелко, часто, будто после долгого бега. Сердце ее стучало быстро. А белые пальцы, упершиеся в виски, подрагивали.

– Куда? – Альер подбросил на ладони пуговицу. – Не переживай. Совесть, она только поначалу мучает…

– А потом?

– Потом привыкает.