Ловец бабочек

Вишневое. Которое тетка варила на продажу…

…пожалеешь…

Нет.

Не пожалеет.

Она, наконец, сможет дышать спокойно. И кошмары отступят, те, в которых девочки-бабочки кружат над Катариной, спрашивая, почему она медлит. И страхи уйдут. Конечно… она ведь так боялась, что в последний миг он увернется.

Мало ли…

Ей позволили пройти в ритуальную комнату вместе с доктором, который и засвидетельствовал смерть. А на выходе Катарину поймала та самая женщина.

– Скажите, – она покраснела, сама стесняясь своей недоверчивости, – вы уверены, что это действительно он?

И Катарина ответила:

– Да.

…а спустя три дня ей прислали бабочку.

Письмо принес почтальон, тот самый, который приносил Катарине газеты, что обязательный «Вестник Хольма», что выписываемый ею «Женский взгляд», несколько легкомысленный и совершенно бесполезный, но раз уж премировали, не отказываться же…

Серый конверт.

Подписан от руки. Почерк округлый, по-ученически правильный. Каждая буква выведена старательно. И сердце забилось, засбоило, потому что…

– Невозможно, – сказала Катарина, и почтальон недовольно нахмурился.

– Адресок ваш, фра…

Адрес и вправду ее.

Фамилия.

Имя.

Но… все одно невозможно. И она взяла конверт. Его бы сжечь в той пепельнице, которую принес Хелег. Он не любил курить на балконе, хотя запах сигаретного дыма и раздражал Катарину. Но она смирилась. Дым – это же такая малость…

…у нее есть свои привычки, которые Хелег терпит.

…они уважают друг друга.

И ищут компромиссы. И никогда не будут ссориться, кричать друг на друга, как делают то соседи из седьмой квартиры…

…они подали заявление в Особый отдел, и когда командование Хелега одобрит кандидатуру Катарины, поженятся.

Серый конверт.

Жесткий.

Грошовый. Он всегда выбирал такие, плотные, будто опасаясь, что в стандартных ценное содержимое повредится. И заклеивал их канцелярским клеем, аккуратно, так, что ни капли этого клея не попадало за пределы полосы.

…все равно невозможно.

…злая шутка.

…конечно… этот ублюдок знал, что его казнят… и оставил распоряжение… кому? Кому-то… какой-то влюбленной дурочке, которая не понимала, насколько ей повезло… которая думала, что жизнь несправедлива, что ее лишили любви и счастья… ничего… это пустяки… Катарина переживет.

Она так вцепилась в эту шаткую версию, что позволила себе выдохнуть.

И взяться за нож для бумаг.