Наставник

И они болеют, что взрослые, что дети… детей тебе не жаль?

– Манипулируешь.

– Извини. Сложно избавиться от старых привычек. А ты чересчур добр. Это не осталось незамеченным. И не только мною.

Вот ведь.

И главное, возразить нечего. Целитель и вправду нужен. Даже там, в старом Михином мире, дети болели. Он помнит, пусть и память эта довольно абстрактная. Но там имелись педиатры и прочие нужные доктора, еще поликлиники, анализы и больницы.

Антибиотики.

А тут – одна наглого вида девица альтернативой всему вышесказанному.

Миха потер шею, которая почему-то зачесалось и буркнул:

– Есть хочу.

– Не спеши. Голод в твоем положении нормален. Ты несколько дней питался лишь медовой водой. Но телу нужно привыкнуть. Если поспешишь, оно станет отторгать пищу. А во-вторых… ты теперь питаешься моей силой. И если вновь подойдешь к краю, мы тебя вытащим.

– К этому краю ты меня подвела.

– Не спорю. Я могу принести клятву.

– Ваши клятвы, как показывает практика, ничего не стоят.

– Смотря какие, – она выдержала взгляд.

А глаза у нее седые. Точно. Миха подбирал, подбирал и наконец понял, что ему напоминает этот цвет, то ли белый, то ли серебряный.

Седину.

– Есть еще кое-что. Конечно, мы сбежали. И этого не оставят без… скажем так, последствий. Пока мой старший брат пытается удержать власть, но рано или поздно, он сумеет освоиться. И вспомнит об отступниках. Потребует выдать.

Она сцепила пальцы. Тонкие. Белые. Слишком уж тонкие и чересчур белые, будто кукольные.

– Поэтому ты мне нужен.

– Я?

Вот уж не было печали.

– Ульграх – старый род. Могучий. Пусть Теон и не удержит всех, но сил у него останется достаточно, чтобы устроить неприятности.

– А я, стало быть, встану на пути его и защитю. Тьфу, защищу? Или как там, правильно?

Она умела улыбаться, так, неловко, виновато, отчего становилась похожей просто на хрупкую слабую женщину. И захотелось даже поверить.

Миха не стал.

С тоской поглядел на опустевшую миску. Вот пожрать бы он не отказался.

– Возможно, у тебя получится. У нас всех получится. Вместе.

– Может, мне проще вас вернуть? Обменять вот на какого-никакого целителя? У твоего брата, глядишь, и отыщется кто подходящий? Ему вы. Мне – целитель и благодарность…

А вот теперь она разозлилась. Ишь, глаза полыхнули пламенем. Будь у Михи нервы послабее, отшатнулся бы. Но местная жизнь как-то психику закалила, что ли.

А может, Дикаря стоило поблагодарить. Даже не дернулся.