Очень древнее зло

А Яр подскочил и поинтересовался:

– А еще одного сделать можешь?

– Зачем?

– Не знаю… дракона нет, так пусть хоть котик будет!

Мудрослава ткнула в бок кулаком.

Предатель!

Она тут… а этот на ладхемку глядит! И ладно бы… вот старшая, если приглядеться, вполне себе приличная девица. Скромная. Тихая. Даром, что некромант-смертоглядец. А он на эту… с котиком. Того и гляди глазки строить начнет.

Государь называется.

Никакого понимания.

– Что? – удивился Яр, бок потирая. – Тут же ж это… небезопасно.

Сама говоришь. А с котиком таким как-то даже спокойнее.

– А ведь и вправду, – Брунгильда перекинула секиру на второе плечо.

– Я попробую, – Ариция, кажется, несколько смутилась. И потому поспешно добавила. – Но я не уверена, кто вылезет… это же всегда так! Зовешь одного, а вылазит… не пойми что.

И ведь как в воду глядела.

Когда земля заколыхалась, пошла складками, что старая жесткая ткань, Мудрослава еще подумать успела, что идея-то была не самою разумной. И не только она.

Но вот из трещины, что обрушила остатки стены, выглянула узкая костистая морда.

Дракон.

Мать его, дракон…

Правда, судя по скелету, маленький. Но почему-то это не успокаивало.

Глава 12

В которой происходит встреча, но не сказать, чтобы судьбоносная

«Если размышлять отвлеченно, то нельзя со всею определенностью заявить, будто бы некромантия – суть искусство богопротивное. Ведь нигде-то в свитках Светлого Пути, коии Храм полагает определяющими истину, нет ни слова о запрете некромантии.

Более того, отдельные моменты могут быть истолкованы весьма двояко. И возникает закономерный вопрос. Не потому ли оригиналы свитков и объявлены святыней неприкосновенной, владеть которой имеет право лишь Храм, а остальным приходится довольствоваться списками, причем сделанными монахами Храма в виде том, который Храм одобряет. Более того, сравнение более древних списков, ныне признанных ложными, с современными выявляет совершенно удивительные вещи: многие моменты исправлены, а некоторые вовсе исчезли и из свитков, и из памяти людской…»

    «Взгляд на историю религии и некоторые размышления о сути силы» магистра Визериуса, объявленного отступником и по этой причине вынужденного переехать из Баххары в Ладхем.

Что сказать… я вышла во двор. Потом со двора на дорогу, благо, никто не пытался остановить. Замок усиленно притворялся обыкновенным сооружением. Легионеры молча следовали по пятам. А люди и вовсе исчезли.

Пускай.