Юся и Эльф

– И матерый, – он осторожно поднял иглу и понюхал. – После спячки вышел. Яд настоявшийся… сколько за него хочешь?

– Да я…

В гильдию сдам, там все берут, правда, дают в лучшем случае две трети нормальной цены, зато оптом.

– Двести за одну…

– Серьезно?

Про две трети это я, похоже, слегка погорячилась.

Эль пожал плечами:

– Гворхи мало где водятся, а чтобы и матерый, и иглы полные, так в принципе редкость. Ваши станут ломать, половину материала попортят. Его ведь откачивать надо осторожно, чтобы не вступил в контакт с воздухом.

Двести…

Нет, деньги у нас были. И те, что Эль перечислил на заре нашего знакомства, и другие, его матушкой за маншула выплаченные, но двести… за одну иглу?

– Согласна.

И леший с ней, с ведомостью.

– Идет. Так что там с храмом?

Эльфы не могут напрямую противиться воле богов, как и обойтись без церемоний. Вот они и объединили одно с другим. Теперь пара, ищущая высшей милости, должна была пройти через ряд испытаний, доказывающих серьезность их намерений, и самым главным являлся период, скромно названный «светом ожидания».

– Сколько лет? – уточнила я, пересчитав иглы.

Две Эль забраковал. Маловаты. И наверняка пустые.

А я и не спорила. Еще одна оказалась сломана… в общем, и для гильдейцев хватит.

– Двенадцать, – потупившись, признался эльф. Правда, играть скромность у него получалось плохо. Нет-нет да косил глаза в сторону сумки. – Совет настаивал на столетнем сроке.

Что решило бы проблему кардинально, ибо сравниться с эльфами в долголетии могли, разве что легендарные драконы.

– Однако возникли разногласия, и срок сократили.

– Ага…

Я вытащила клыки, ошметки кожи и пару костей, одну из которых Эль придвинул к себе, сказав:

– Четыреста.

За какую-то обугленную кость?

Он серьезно? Или решил побаловать грядущую невесту?

– Это же осколок пястной кости с железистым бугром, – пояснил он, тыкнув в почерневший уголок. – Почти неповрежденным.

В среду, значит. Еще один экспериментатор. Помнится, мой бывший тоже все бредил наукой, мол, за ней будущее и вообще, а в жизни при университетских лабораториях остаются лишь те, у кого связи имеются. Суровая правда, мать ее. С другой стороны, мне-то что? За четыреста золотых пусть хоть в среду, хоть в вазу сажает.

– Подобные эксперименты проводились.