Внучка берендеева. Третий лишний

– Незачем, – произнес Арей, явственно представивши, что вот-вот сейчас сам ляжет к ногам царицыным, если не верным псом, то телом бездыханным. Найдется ли на пустыре яма какая, годная, чтоб тело его прикопали?

– Вот и я думаю, что совершенно незачем… нам с тобой делить нечего. – Тонкая ручка легла на хребтину твари, скользнули пальчики по косматой шерсти. – А помочь друг другу мы способны, да… ты уже знаешь, что твоя мачеха отошла в мир иной?

– Сказывали.

– А что отошла она… не сама?

– Нет. Но мне… подумалось.

– Это хорошо. Мне нравится, когда люди думать умеют.

Царица рученьку приподняла, и липкая магия потянулась за ней, не желая расставаться. Серые нити. Грязные. Неужто сама она того не замечает.

Привыкла?

– Ксению Микитичну при дворе жаловали… мой супруг не раз говаривал, что редкостного ума женщина… но и его, видать, не хватило, чтоб с запретной волшбой не связываться.

Арей молчал.

Если его и позвали для разговору, то скажут, когда настанет его черед говорить.

…дивиться.

Сколько ей лет? Уж не молода.

Для человека.

А она чародейка… об этом Арей никогда не слыхивал. Да и странно сие было.

Царица и чародейка… кто допустил?

Как?

Неужели и вправду приворожила? И если так, то…

…то не Ареева ума сие дело. Ему ль больше других надобно?

– …верно, очень уж она на мужа обижена была… вот и спровадила в мир иной, да упокоится собственная мятежная душа ее. – Царица склонила голову.

…красива.

…зыбкая хрупкая красота, что рассвет над болотом. Туман. Дрожащий лист осины, что все никак не найдет в себе сил расстаться с материнской веткой. Первая изморозь на толстом стекле.

…гибель.

Откудова это? Огонь притих, свился в тугое кольцо, готовый выплеснуться и сжечь все, что вокруг есть. Пустырь? Не будет пустыря.

Земля?

И ее не станет… и твари желтоглазой, что во все клыки ухмыляется.

– …в доме нашли и отраву… и кое-что иное… слышал про мертвый пепел?

Арей кивнул.

…еще одна заклятая забава. Кости невинно убиенной девы, которые на особом огне жгут, да медленно, да с заклятьями, которые душу, коль еще не отлетела она, к костям привязывают.

Мучит.

Горечью наполняет.

…запретное знание, вымаранное. Откуда?

И зачем?

Мертвый пепел на многое годен, да только в этом многом – ничего доброго. Не поднимет он на ноги умирающего, разве что суть саму извративши, вылепивши из человека умертвие. Не исцелит.