Мужчина апреля

Рекомендуют всем, кто держит кроликов. Грета и здесь четко следовала инструкциям. Я поворошила траву. Кое-где она была примята, но не настолько, чтобы следы человека отпечатались четко. Их мог оставить любой из жильцов. Вынула телефон и еще раз проверила файл с их именами и фотографиями: Грета, 38 лет, Айна, 36 лет, Туяра, 15 лет, Том, учитель, 19 лет, – он один был без фотографии, так как не был членом семьи. Деревянный кроличий домик задвинут в укромный угол под кустом. Я опять сверилась с файлом, все чисто: падуболистная магония – не имеет противопоказаний.

Я оглядела сад: старые яблони, корявые и низкие. За хвойной вечнозеленой оградой просматривались соседские дома. Может, кто-то что-нибудь видел. Но не удивлюсь, если нет. Когда ваша соседка – популярный политик, вы из кожи вон лезете, чтобы не смотреть в ее сторону, тем самым демонстрируя, что вы человек воспитанный и деликатный. Но я, конечно, на всякий случай допрошу и соседей.

С телефоном в руке я наклонилась к входу в кроличий домик.

В ноздри ударил уютный запах соломы. Я поворошила: увидела бурые зернышки кроличьих фекалий. Положила несколько в пакет, запечатала – экскременты о многом могут рассказать. Домик был как домик. Дерево еще не посерело от воздуха, было желтым и свежим. Домик ровно такой, как требуется. Купленный – сфотографировала клеймо с серийным номером – у сертифицированного производителя. Угол, где дальняя стена сходилась с крышей, привлек мое внимание. Черный разъем для электронного устройства был пуст. Я услышала шорох за спиной. Быстро разогнулась. Стукнулась о край крыши. Обернулась, потирая затылок.

– Осторожнее. – Передо мной стояла Айна.

– Когда вы заметили, что кролик пропал? – спросила я.

Ее черные глаза казались прорезями в маске.

– Туяра говорит, что сразу же вам позвонила.

Я кивнула.

– Мы его не обижали, – презрительно сказала Айна. Сцепила руки на груди.

– Нисколько не сомневаюсь, – улыбнулась я.

– Все сразу думают: раз сбежал, значит, допекли.

Сбежал? Только если у него были кусачки.

Да и дыру вырезал крупноватую. Польстил себе размером, прямо скажем. Но этого я Айне не сказала. Показала на кроличий домик:

– Вы поставили там видеокамеру.

– Ну да. Вроде того. Наблюдать повадки. Туяру спросите. Она этим занималась.

Ее глаза остановились на прозрачном пакетике в моей руке.

– Экскременты, – пояснила я. – Для анализа.

Она вдруг вскинулась:

– Вы что?! Думаете, мы его отравили?!

Я опешила.