Пена мятежа

Тьма извратила пространство вокруг них так, что они затерялись во множестве складок. Но они не потеряли своего свойства быть якорем. Вокруг них образовались галактики, системы галактик, туманности… Один из этих миров – Маол. И сейчас там безраздельно правит Тьма мироздания.

Иван непроизвольно сжал кулаки. Но почти тут же заставил себя успокоиться. Раз Саат понадобилась его помощь, и его путь все равно будет лежать на старушку Землю, то значит там и будет его шанс что-то изменить. В слух же мужчина спросил совсем другое.

– Скажи, Владыка, почему Саат была так похожа на мою сестру?

– В каждом из нас есть душа. И эта душа часть Саат, данная нам взаймы на жизнь, и которую мы должны вернуть. Проживая жизнь, мы обретаем опыт и знания. Мы слышим звуки, чувствуем запахи, переживаем эмоции. Все это делает Саат сильнее с каждой возвратившейся душой. Но души, испачканные Тьмой, становятся частью этой Тьмы. Потому она так сильна. Она проникает к сердцам, и смущает их легкостью жизни в насилии и зле.

К чему приводит этот путь мы видели на вашем, брат, примере.

– Что значит на примере?

– Кауни нашли Маол около пятнадцати тысяч лет назад. Но жизнь на нем только зародилась, и он еще был не интересен Тьме. Там не было тех частичек Саат, за которыми она охотится. И тогда Саат решила узнать механизм, которым Тьма поглощает миры. Так появились мы, Азур. Пока наше развитие, старательно подталкиваемое кауни, приближалось к необходимому для самостоятельного выживания уровню, Саат подготовила Маол к заселению.

Кауни сохранили генные коды всего, что родилось на Маоле из его зерен жизни, затем Саат сожгла его, и воссоздала на нем копию Саммеи. И заселила семью из четырнадцати наших родов. Так начался Ее самый великий эксперимент. Тьма набросилась на Маол, ожесточая ваши сердца поколение за поколением, пока не получила полную власть над вами. Но этого ей показалось мало, и она начала экспансию, под которую попадали молодые миры, которые всего лишь служили нам маяками в бездне, и поселки их смотрителей.

Иван почувствовал чувство вины за те десять лет, которые он провел в армии, и опустил глаза. Они убивали клоентов тысячами, ставя им в вину лишь то, что они защищали свои дома от непрошеных гостей, свалившихся с небес. И тогда эта война была ему противна, а теперь, после того, что он сейчас услышал, она стала просто омерзительна.

– Не кори себя, брат. В том, что было, твоей вины нет. Ты отмечен Саат.