Самый тёмный лес

А вот такие как Хитромор провалами не пользовались, ведь они умели растворяться и появляться там, где вздумается. Но для Хитромора с обретением человеческого облика это стало воспоминанием.

– Обдериха, – пояснил Нестор. – Не могу ее поймать.

– Почему?

– Не слушается.

А вот и шанс продемонстрировать, насколько ущербен полукровка по сравнению с истинным порождением леса. Хитромор улыбнулся и шагнул в провал, после чего очутился в темном лесу. Судя по всему, он совсем на севере, здесь даже деревья смотрелись более суровыми и неприступными, а яркость красок стремительно упала.

Справа послышался шорох.

– Эй, обдериха! А ну немедленно выходи ко мне! Это приказ.

Лесная нечисть несмело показалась из-за ягодного кустика. Сгорбленная фигура, длинные сильные руки, висящие почти до пола, жидкие растрепанные волосы и ехидная улыбка на потрескавшихся губах.

– Приказ от кого? Опального принца лесного, от человека неотлично?го? – прошелестела обдериха скрипучим голосом, похрюкивая, да посмеиваясь.

– Я в изгнании, но мое слово для тебя все равно закон, – по крайней мере, Хитромор на это очень надеялся. Его былые умения все таяли и таяли, этак скоро и вовсе исчезнут. Если он не поторопится и не вернется домой, разумеется.

– Так-то оно так, но ты рожу свою видел? Смех, да и только! Чтоб на тебя смотреть, выпить надо самогона сколько? Хи-хи-хик!

Пожалуй, обдерихи его еще не оскорбляли, вот теперь будет полный набор.

Вздохнув, Хитромор подошел к существу, схватил его за жидкие патлы и потащил к провалу. Они вместе очутились все в том же редком лесу с камнями под ногами, а Нестор терпеливо их ждал.

Хитромор подтолкнул обдериху к брату и приказал ей:

– Не вздумай бежать.

Та только фыркнула и опять засмеялась хрюкающим смехом.

– Ты здесь постоянно вертишься, – начал Нестор, присев на ближайший пенек. – Расскажи, как дела обстоят. Николай Лаптев меня интересует.

– Отвечай ему, – добавил Хитромор, видя, как обдериха пытается увернуться от ответа на вопрос.

Она поморщилась недовольно и сплюнула в гневе.

– Николашка мой любимчик, знаю Николашку!

– Он умер.

– Найду другого любимца-проказника, наглеца-безобразника! Хи-хи-хик!

– Расскажи про него.

– Никто Николашку не любил, кроме меня, и мы, почитай, с ним почти семья! Николашка-таракашка, противный замарашка.