Злой рок

Но, честно говоря, поживи я недельку вот с таким портретом над кроватью, сама бы принялась исписывать стены, так что безумие Аверина становилось почти понятным. Рисунок был кошмарным. И дело вовсе не в том, что художник подкачал, совсем наоборот: черноволосая девушка с пустыми глазами как будто изматывала душу и подавляла пустым взглядом и ведьмовским видом. Живая и мертвая одновременно. Чтобы создать такое и вызвать столько эмоций у случайного наблюдателя, нужен настоящий талант. Лицо этой девушки – работа мастера.

– Знаю, поначалу увиденное может шокировать, – голос Калинина заставил меня отвести взгляд от черноволосой красавицы. – Но Марк по-настоящему любил это место, а беспорядок называл творческим.

Беспорядок? Ах да, я и забыла… кто ж вспомнит про беспорядок, когда впереди маячат жуткие пустые глазницы?

– Это работа Марка? – указала я в сторону рисунка. Смотреть туда еще раз не хотелось, на сегодня впечатлений достаточно. Лучше смотреть на Калинина, он тоже парень интересный.

И симпатичный, особенно с чистой головой.

– Нет. Марк не умел рисовать.

– Но очень любил писать?

– Да, – емко ответил Роман и указал мне на дверь: – Идем, спустимся вниз. Я забрал, что хотел. – В руках у него и в самом деле красовался плоский макбук. Интересно, что помешало ему подняться сюда раньше, до моего приезда? Не хотел находиться тут в одиночестве, или демонстрация комнаты Марка входила в обязательную программу?

У самого выхода, прямо над дверью, мое внимание привлекла еще одна надпись.

На сей раз – на английском.

I remained too much inside your head and ended up losing my mind[12 - В оригинале: «Я так долго был погружен в свои мысли, что в конце концов лишился разума» – цитата американского писателя Эдгара Аллана По.].

Я так долго был погружен в твои мысли, что в конце концов лишился разума.

На мгновение застыв, я не сразу поняла, что не так с этой фразой, но уже на лестнице пришло озарение: это знаменитая фраза Эдгара Аллана По, только слегка переиначенная – насколько мне помнится, писатель говорил о своих мыслях, а не чужих.

И даже не знаю, кто тут более чокнутый – сам По, или Марк Аверин. Я поборола в себе желание расхохотаться и не без труда взяла себя в руки. Когда вокруг тлен и крипота, нервный смех так и рвется наружу.

– Идем, в столовой есть бар, – продолжил командовать Калинин. – Судя по виду, тебе не помешает что-нибудь покрепче.