Делайте Ваши ставки, господа или Вся наша жизнь – игра

– Ну, и где новый предмет для спора?

– Она, – мужчина в белом протянул вперёд руку и над раскрывающейся ладонью, словно из лёгкой дымки, возник хрупкий силуэт девушки.

– И ставка, как обычно, душа? – иронично усмехнулся «гробовщик». Вопрос не требовал ответа, и так всё было ясно. – Мало ей досталось от вашей благородной братии?

– Но она всё же не отвернулась от меня.

– Она не верит в тебя, и этого достаточно.

– Не верит, но по-прежнему не грешит, – яркое белоснежное сияние усилилось. – Пускай у неё другие ценности в жизни, но согласись, интересный экземпляр.

– И ты решил, что у неё и дальше хватит сил бороться с вами и всеми вашими жестокими играми? Бороться за своё сомнительное будущее, которое до сих пор не предвещало ей ничего хорошего?

– Неужели ты жалеешь одно из человеческих существ, против которых когда-то сам же и взбунтовался, Люцифер?

– Я осознал свою ошибку, отец. Это была низменная ревность, присущая всем твоим творениям, – дьявол устало улыбнулся. – И если ты помнишь, я не раз просил у тебя прощения.

– Поговорим об этом после того, как я преподнесу тебе очередной урок.

– Видели, знаем твою доброту. Только не могу понять, что от меня требуется? – Люцифер широко развёл руки и иронично усмехнулся. – Ты поступаешь ужасно предсказуемо. Подумай, пожалуйста, над новым репертуаром. Порой надоедает. Мой ученик исправно выполняет все свои обязанности, в отличие от некоторых. Спусти сою собачонку с поводка и тогда поговорим.

– А мы не будем соперничать в этот раз. Просто делай ставку и смотри, что из этого получится.

Все прелести жизни

Говорят, что детство заканчивается тогда, когда понимаешь, что смерть совсем близко. Я повзрослела в десять лет. Именно тогда умерла моя бабушка, и закончились мои беззаботные дни. Казалось, она была нашим талисманом, защищавшим нас от всех бед. И как только её не стало – дверь в бездну отворилась.

Сначала к нам вернулся отец. Не скажу, что мы по нему сильно скучали, нет. Он был довольно жестоким человеком и, после очередного убеждения в своей любви к нам, часто приходилось идти в школу с синяками. Мать пыталась нас защищать, но как-то быстро сдалась на волю случая. И вскоре спилась. А вся ответственность «за происходящее вокруг» упала на мои плечи.

Нас в семье было четверо, но по какой-то роковой случайности всегда и во всём была виновата я.