Гори, гори ясно

 – Было бы предложено. Запрыгивай. До метро так до метро.

С мигренью я смирился заранее. Больше того, выданный Ирой блистер предусмотрительно занял место в кармане брюк еще до выхода из дома. На выходе из дома я думал о другом доме…

О том, какой дикой, несусветной глупостью было до сих пор не посетить родительскую квартиру. Да, кабинет пуст. С ним все понятно.

Почтовый ящик: вдруг кто-то писал уже после отъезда матери в Париж? Вдруг кто-то медлителен, и не получил вежливого послания от Бельской Богданы о завершении жизненного пути адресата – ее мужа? Она эти письма под копирку писала первые пару месяцев после ухода из жизни отца его партнерам – уже бывшим – по переписке.

Последний раз я был в этой квартире в апреле, забирал кое-что из вещей. Выбросил кучу макулатуры. Вот и сегодня почтовый ящик распирало.

Я отпер замочек, начал вываливать прямо на пол счета, рекламу, какие-то бесплатные газеты… Намусорил, утешая себя тем, что все равно все уберу. И даже замету площадку, как закончу.

Писем не было. Ни одного.

– Ой-ей, что делается! – заголосили снизу. – Средь бела дня безобразят! Прочь, пойдите прочь, наглецы! Ой, Андрюша, ты ли это?

Подслеповато щурясь, на меня уставилась сквозь толстые стекла очков соседка со второго этажа.

– Я, Марья Ивановна, – поднял руки вверх, и листы разлетелись, совсем замусорив площадку. – Не ругайтесь, пожалуйста, все будет убрано.

– А я вас с матерью давно не видела, думала, вы окончательно съехали, – зачастила пенсионерка.

 – Так и сказала милиционерам. И мужчине – такой приличный, приятный на вид, приходил, расспрашивал. У тебя неприятности?

И сурово на меня глянула.

Милиционеры – это, почти наверняка, Рыков с Крыловым. Везде я прихожу уже после них, получается.

Приличный мужчина – Липин? Под описание подходит.

– Все в порядке, Марья Ивановна, – заверил я бдительную соседку. – Может, затянул с оплатой счетов? Я как раз за ними.

Нагнулся, подобрал квиток. Глянул: за май, без задолженности за предыдущий период.

Перед отъездом матушка заверила меня, что все финансовые вопросы уладила. Чтобы сын – я, то бишь – мог сосредоточиться на учебе, не переживая о мелочах.

– Да-да, доподлинно так. Ироды, присосались, как клещи поганые, к народу, – трость старушки ударила по чугунным прутьям лестничного ограждения. – И тянут, и тянут копеечки. Ишь, уже и милицию привлекают! – и совсем другим тоном продолжила. – Ты прибери за собой, Андрюш, не бросай.