Восхождение

 – Лапы прочь!

– Простите, милая леди, – примирительно произнес воин в сверкающих латных доспехах. – Я не собирался ее красть.

– Ее? – после долгого дня, посвященного живописи и «смены» в «Обжорке» Хэйт не могла похвастаться скоростью мыслительного процесса. Воин ее заинтересовал: паладин или рыцарь, уж точно, не НПЦ, едва ли столь беден, чтобы подбирать мусор из уличной пыли, и вид вполне приличный…

– Картину. Сколько вы за нее хотите?

– Не продается, – хмуро бросила Хэйт, ни секунды не раздумывая. Десяток серебряных ее затруднений не решат, а рисунок – это символ, зарубка в памяти.

 – Да и никакая это не картина. Набросок, эскиз, ясно?

– Я заплачу любую цену.

Чудной малый… Любую цену, конечно, мечтать не вредно… Прямо-таки по классике: «Свежо предание, а верится с трудом»…[3 - А. С. Грибоедов, «Горе от ума».]

– Откройте для меня ту дверь, – Хэйт устало махнула рукой в сторону стражника, подпирающего алебарду и посматривающего в их сторону с некоторым любопытством.

– На сколько посещений? – неожиданно спросил воин.

Девушка-то ждала, что он стушуется и оставит глупую затею с рисунком.

– А есть разница? – робко уточнила она. Робко, чтобы не спугнуть ненароком богатенького доброхота, готового отвалить пять золотых за десятиминутную мазню.

– Вообще-то да, – спокойно отозвался мужчина. – Вы ведь будущий маг? Тогда каждый визит для вас будет платным. Это как экскурсия. Хотя… Постойте здесь, я сейчас вернусь. Только не уходите никуда!

Еще бы Хэйт ушла! Она, точно завороженная, наблюдала за воином.

Тот дошел до стражника, перекинулся парой фраз (слишком тихо, чтобы Хэйт расслышала содержание разговора), передал пухлый матерчатый кошель. Девушка ущипнула себя за запястье – ага, и виртуальное тело реагирует на причиняемую себе боль. Тогда, получается, ей не снится этот Дед Мороз в доспехах?…

– Я уладил вопрос, – воин вернулся. – Десять посещений, в любое время. Я исполнил желание леди?

– Д-да, – Хэйт кивнула. В голове воображаемый оркестр навязчиво играл «Jingle Bells».

[4 - Jingle Bells – популярная во всем мире рождественская песня, так же известная, как «One Horse Open Sleigh». Была написана Дж. Л. Пьерпонтом (1822–1893) 16 сентября 1858 года.] Она протянула лист с наброском мужчине. – Возьмите. Но… Почему? Это же большая сумма, а рисунок… В нем нет ничего особенного. Явно не тянет на такую стоимость.

– Для вас, милая леди – нет, а для меня – более чем, – мягко улыбнулся мужчина, принимая от Хэйт протянутый эскиз.