Эскадра его высочества

Гениально! Остаются всего две?

– Одна, поскольку вторая находится в академическом отпуске по уходу за малолетним детенышем. Мужеского пола, кажется. В итоге остается… кхэм!

– Мужеского пола, – эхом повторил несчастный.

– Кэйр! Ну что ты из него жилы тянешь? – не выдержал Ждан.

– А так интереснее, господин адвокат. Налейте-ка мне винца.

– Потерпишь, – сурово сказал Бурхан. – Выкладывай, что там у тебя в итоге?

– Да ладно, ладно. В итоге остается некая фройляйн Изольда Пуффольд. Проживает по адресу Грюнплатц двадцать четыре.

Меблированные комнаты фрау Вейс.

Кирш вскочил. Глаза его пылали, а из ушей чуть ли не дым валил.

– Кэйр! Да ты мне… да я тебе…

– Понятно.

– Ну, по гроб жизни, в общем.

– Эк он вскинулся, – озадаченно сказал Бурхан.

Кэйр сморщился.

– По гроб не надо. Довольно будет, если не проклянешь через пару лет.

– Да ни за что на свете, старая ты брюзга! Она такая… такая… Богиня! Скажи ему, Ждан.

– Да ничего, девка вроде справная, – сонно сказал Ждан.

 – Только вот не знаю, как она по хозяйству.

Франц заметался между шкафом и комодом, выдергивая носовые платки, галстуки, носки, перчатки.

– Послушай, камарад, ну о чем ты говоришь? Какое там хозяйство! При чем тут это? Да она у меня и веника в руках держать не будет!

– Ага, – ухмыльнулся Ждан. – Только кочергу.

Он уже успел развестись с некоей огнедышащей доньей Маритой-Мартенсо Окомодо дель Агиррага де Такона и знал почем фунт семейного счастья. Но, по мнению Франца, это означало всего лишь то, что упомянутая донья Агиррага ни в какое сравнение не идет с божественной фройляйн Пуффольд.

Он поражался, что остальные не видят столь вопиющей разницы. Отчаявшись объяснить всю ее глубину, Франц глубоко вздохнул.

– Ну, гершафтен, я… того. Пошел.

– Давай-давай, нибелунг. Марширен!

– Послушай, кунак, – сказал Бурхан, покусывая кончики своих роскошных усов, – а не мог бы мимоходом узнать, где проживает луноокая Инджин-ханум?

– Старик, о чем разговор? Кто-кто, а уж я-то тебя понимаю! Можешь не сомневаться.

– Погоди, сынок, – сказал Кэйр и торжественно поцеловал его в лоб. – Не забудь об ответственности, которую закон налагает на человека, ступающего на скользкую стезю брака.

Франц вырвался.

– Отстань!

Кэйр вновь его поймал.

– Стой!

Франц взвыл:

– Вас ист дас?! Ну что, что еще?

– Не надо ломиться в окно, дурень. Дверь-то у нас находится с противоположной стороны.

– Ах да, – очумело сказал несчастный.