Осколки прошлого

Пока он не очнулся.

Что?

– Андреа, возьми себя в руки. – Лора сползла с дивана на пол. Из раны на ее ноге снова шла кровь. С помощью здоровой руки она начала двигаться по ковру. – Нам нужно достать пистолет. Пока он не пришел в себя.

Рука Капюшона пошевелилась.

– Мама! – Энди прижалась спиной к стене. – Мама!

– Все нормально, он…

Внезапно Капюшон так сильно дернулся, что опрокинул кожаное кресло. Он начал описывать руками круги, круги превратились в судороги, от которых затряслись сначала его плечи, а затем голова.

Потом туловище. Ноги. Через несколько секунд все его тело билось в конвульсиях, как во время сильного припадка.

Энди услышала, как из ее рта раздался вой. Он умирает. Он сейчас умрет.

– Андреа, – сказала Лора спокойным, ровным голосом, – иди на кухню.

– Мама! – закричала Энди.

Его спина выгнулась дугой. Нога пнула воздух. Что она наделала? Что она наделала?!

– Андреа, – повторила Лора, – иди на кухню.

Он начал издавать рычащие и булькающие звуки. Энди закрыла уши, но ничто не могло их заглушить.

Она в ужасе смотрела, как выкручиваются его пальцы. Из его рта пошла пена. Глаза дико вращались.

– Иди на…

– Он умирает! – взвыла Энди.

Рычание стало громче. Его глаза полностью закатились, и это выглядело так, будто в его глазницы затолкали комочки хлопка. Руки хватали воздух. Джинсы в районе паха промокли от мочи. С ноги слетел ботинок.

– Сделай что-нибудь! – заорала Энди. – Мама!

Лора схватила сковороду и замахнулась ею.

– Нет!

Энди кинулась к ней через всю комнату. Она отшвырнула сковородку подальше. Рука Лоры обхватила Энди за талию, прежде чем она успела увернуться. Она притянула дочь к себе, прижала губы к ее голове.

– Не смотри, детка. Не смотри.

– Что я наделала? – отчаянно кричала Энди. – Что я наделала?

– Ты спасла меня, – сказала Лора. – Ты спасла меня.

– Я… – Энди не могла произнести ни слова. – Мам… он… я не могу…

– Не смотри, – Лора попыталась закрыть Энди глаза, но та отпихнула ее руку.

Повисла абсолютная тишина.

Даже дождь перестал стучать в окна.

Капюшон затих. Мышцы его лица расслабились. Один глаз смотрел в потолок, другой – в сторону окна. Зрачки превратились в неподвижные черные монетки.

Энди почувствовала, будто ее сердце застряло в горле.

Низ его кофты задрался. Над белой резинкой трусов Энди увидела татуировку – улыбающегося дельфина. Он выпрыгивал из воды. Снизу шрифтом с завитками было написано «Мария».