Последний шанс

– Тимур, иди ко мне, папа слишком горд, чтобы просить помощи, – улыбаюсь ребенку. Гора встает в полный рост, напирает на меня, прижимая к машине.

– Доиграешься, – цедит, вполне серьезно.

– Поставь ребенка, так будет безопаснее и быстрее, – не реагирую, смотрю только на нашего кудряшку, который заставляет меня улыбнуться.

Всю дорогу напряжение хоть ножом режь. Молчим все. У студии муж решает нарушить тишину и как ни в чем не было спрашивает про организацию показа нашей коллекции свадебных платьев. Реагирую спокойно, уговариваю себя не злиться и отступить.

А в студии меня полностью захватывает Петруччо в невероятно крутом сером костюме на голое тело. Он мелькает среди моделей помогая им с примеркой, я оцениваю образы и смотрю правила рассадки с организаторами, пока мои парни знакомятся с кофемашиной, тканью и какой-то высоченной русоволосой девкой.

– Кто это? – толкаю Яра в бок.

– А это, – говорит так, словно знает ее сто лет, – Кристен, она сейчас популярна, ты бы хоть за трендами да новостями следила подруг.

– За это у нас отвечаешь ты, – продолжаю пялиться на то, как это льстивая полуголая сука улыбается моему мужчине и заигрывает с маленьким Тимуром.

– Ты сейчас ее испепелишь взглядом, – шепчет Яр, – девочки, все отлично, свободны, следующая примерка через пару недель, финальная! – вокруг аплодисменты и только Кристен продолжает строить глаза, не обращая внимание ни на кого, кроме Тваури.

Подхожу к ним быстрее, чем успеваю придумать, что сказать.

– Добрый день, вы участвуете в показе? – приветливо улыбаюсь.

– Да, конечно, у вас невероятная коллекция, – нехотя переводит свой заинтересованный взгляд на меня.

– Благодарю, – встаю перед ней закрывая мужа насколько это получается, из-за моего низкого роста они практически продолжают смотреть в глаза друг друга.

– Я пожалуй пойду, – улыбается мне, – Приятно было познакомиться Тимур, – трогает малыша за щеки.

Ревность сваливается в душе грудой камней.

– Да, стоит примерить хотя бы одно из них, – указываю на манекены, – А не любезно строить глаза моему мужу, – складываю руки перед собой и наблюдаю как улыбка испаряется с ее милого молодого личика.

– Извините, – птичка упорхнула, не стала устраивать истерик за что ей большое спасибо.

– Мирослава Витальевна, – усмехается чертов Аид, – ревность – это порок.

– Что? – продолжаю наблюдать за переполохом в зале.

– А ты резка с молоденькими девочками. Ребенку и двадцати нет, – пытается все перевести в шутку.