Если я останусь

Что тебе еще рассказать про Беса? – стал серьезней, словно другой Рус, точно он вернулся туда, в Москву.

– Вы же дружили? Клубы? Бабы? Наркота? – хочу знать все, возможно это поможет мне перестать любить его, помнить о нем, скорбеть.

– Да, все было, я видел его в разных состояниях. Забирал с оргий где куча отборнейших самок, пьяного, под наркотой. Видел как этот мужик отрывается, настолько искушен может быть только дьявол, – закурил.

В груди распалилась ревность, даже сейчас, когда его нет. Совсем его не знала.

Неизвестно чтобы было с нами через год, два, деся, такие мужчины не перестают быть вольными.

– Ревнуешь? – смеется.

– А? – дернулась, вылетая из своих воспоминаний о горячем мужчине.

– Пачку сигарет в ком смяла, – забрал у меня, чтобы выкинуть в окно, – не ревнуй хотя бы потому что ты всего этого не видела, ему не нужно было, Мир да ему блять деньги не нужны были, – ударил по рулю.

– На долго ли? – усмехаюсь, даже его смерть не заставит меня поверить в сказки.

– Мы никогда с тобой не говорили, но он потерял в Москве почти все, много денег, статус, связи, брата, уважение семьи.

Он пошел на сделку с ментами, – прокашлялся, – с твоим отцом, не зная что это ему принесет. твой папа, мягко говоря, не предсказуемый.

– Это я и так понимала Рус, – неприятные мне разговоры, очерняют второго любимого мужчину, которого я потеряла.

– Он это делал намеренно, ради тебя, – продолжает.

– Ради себя, ты же его знаешь прекрасно, – сцепляю зубы, несу полную чушь, но так мне легче себя успокоить, нежели признать, что я потеряла того, кто искренне любил меня и жертвовал ради любви.

– Славка, ты подарила мне друга. Последний месяц мы были близки, почти как братья, на его лице улыбка, ностальгия.

–Значит ты знал его планы? – пытаюсь не расплакаться, блокируя все воспоминания о красивам мужчине, но так жажду услышать “чтобы было если…”

– Да. Купил квартиру для вас, показывал ее мне и Петрову, тот помогал обставлять да и я руку приложил, – пожимает плечами.

– Дурацкий комод о который я спотыкаюсь? – тихо смеюсь, подтверждая свои догадки.

– Он, ты меня знаешь сестрица, – улыбается во весь рот, – на очереди вилла была или квартира в Риме. Все переживал вдруг тебе в Париже понравится и ты захочешь там остаться, детскую планировал, гардероб совместный. Слав, он вещи тебе покупал, все приговаривал моя девочка, моя девочка. В ажиотаже были мы все, чтобы успеть к вашему прилету из Москвы, – грустит, шмыгает носом, вытирая глаза.