О, мой Босс

Выгибаюсь на нем, как кошка, чтобы чувствовал своим телом мое. Кожа к коже. Воздух накален до предела, приватка кажется до невозможности тесной.

Давай, красавчик, почувствуй меня! Выдохни весь воздух на мою кожу, пусти мурашки! Ощути, как я трусь своей грудью о твою, как извиваюсь на твоих коленях, имитируя медленный половой акт.

Уже представляешь в своей светлой голове, как освобождаешься от пут собственного галстука, стягиваешь плотную повязку с глаз и, завидев перед собой цель, начинаешь действовать? Грубо прижимаешь мое обнаженное тело к стене, шепчешь похабные словечки и обещания вытрахать из меня всю дурь.

Ох, черт! И это я хотела над ним поиздеваться? Да у меня фантазия разыгралась хуже плана мести за свою гордость!

– Ты шикарна, малышка, – низким голосом шепчет босс, возвращая меня из мира фантазий в реальную жизнь. – Зачем ты меня так мучаешь?

Ты, твою мать, серьезно спрашиваешь или решил пошутить? Да ты в зеркало себя видел? Нет, я не о внешности говорю, а о твоей натуре! Ты хоть знаешь, как швыряешься людьми, как используешь их в своих целях? Не видишь ничего дальше собственного носа, а на окружающих вешаешь ярлыки с первой же секунды! Тебе мама не говорила, что внешность обманчива? Нет? А зря!

– Потерпи, скоро ты получишь сладенькое.

И в тот же момент приподнимаюсь так, что моя грудь оказывается напротив его губ. Наблюдаю за боссом сверху. Наблюдаю за его слабостью, за недовольно нахмуренными бровями, за чуть поджатыми губами, которые моментально разомкнулись, когда мой сосок осторожно очертил контур аккуратных губ.

Догадался, что именно находится перед твоим лицом? А теперь представь, как моя маленькая, но довольно твердая грудь оказывается в твоем наглом и не менее порочном рту? Как твой язык будет бить по острой вершинке, а губы всасывать внутрь?

Да что ж я сама себя мучаю? Все! Хватит, Света! Перестань растекаться лужицей перед этим мачо с ранчо и приступай к делу!

Его губы тянутся к моей коже в попытке оставить влажный поцелуй на чувствительном месте, но я не позволяю, чуть наклонившись назад.

– Света-а… – беспомощно кряхтит Антон. Резко дергается, пытается руки освободить. Поздно, дорогой, поздно. Сам подписался на мое общество.

– Потерпи.

– Не хочу!

Опять дергается. Причем настолько неожиданно, что я едва удерживаюсь на его коленях.