Восемь Путей. Путешествие Феррера

Он посмотрел ей в глаза, её взгляд, полный живого интереса к чужаку, казался ему почти по-детски чистым и незамутненным, ему редко приходилось видеть таких людей. Он уже почти выдавил из себя сухую фразу, что закончила бы этот разговор, но память о том, как на неё косились местные, о том, как она была почти что изгоем за столом во время завтрака, ярко вспыхнула в его сознании.

– Девять-десять лет назад Конклав стоял на пороге катастрофы, – начал он, говоря несколько тише, чем обычно. – Наши недопонимания, разногласия с акари всех кланов едва не стоили нам нашего союза, а прознавшие об этом лидеры Цивиума готовились к вторжению в наши земли, – пояснил Каин.

 – Силы наших святых рыцарей, жрецов и чудес веры не хватило бы в борьбе со столь могущественным, опирающимся на лучшие технологии и механизмы государством. Отряды акари всегда были нашим… козырем.– Говоря это, Каин ни сколь не врал, но вместе с тем заметил, как столь высокая оценка качеств акари вызвала в девушке чувство гордости. У акари было принято любить свой клан, но в случае Киракии казалось, будто похвала её клана или акари в целом дарили ей больше радости, нежели похвала лично её самой. Каин продолжил: – Но в то время акари подчинялись самым разным ветвям церкви и никак не координировались между собой. А порой и вовсе вступали в междоусобные стычки. Всё из-за неграмотного управления со стороны высших церковных чинов или непонимания ими особенностей взаимоотношений между разными кланами.  – Говоря это, Каин глядел куда-то в сторону, будто там было окно в описываемые им времена и он явно не испытывал от тех воспоминаний радости. – Кроме того, многие акари и вовсе презирали своих командиров. Им не было дела до чина их командования, если они не испытывали к своим командирам уважения, – Он тяжело вздохнул. – Никто из сенаторов или епископов не хотел этого признавать, но… это был хаос. Отец был занят восстановлением северных регионов после войны и подготовкой к новой, грядущей войне с Цивиумом на востоке. Брат был занят окончанием военной кампании против Триумвирата на северной границе. Действовать пришлось мне. – Каин, словно опомнившись, захотел замолчать, но, вновь посмотрев в лицо Киракии, полностью погруженной в его рассказ, не смог сдержать доброй улыбки. Ради такого внимания с её стороны ему было не жаль ничего. Даже тёмных и неприятных воспоминаний. – Я привык верить лишь своей семье, но их не было рядом.