Отражение тени

Открыв дверь в комнату, кто-то вошел и первым делом надел ей на голову зимнюю плотно связанную шапку и натянул ее на глаза, через ткань ни чего не было видно, а открывая глаза Мария, чувствовала, как ей впивались волосинки от шерсти, заставляя их закрыть глаза обратно.

Она попыталась спросить, но из ее горла вышло только шипящее дыхание.

– Моя девочка наверно устала? – раздался низкий, грубый мужской голос, который пытался выразить ласку. И он, отстегнув какие-то застежки, повернул ее голову вверх, не отстегивая ноги.

В таком изгибе спина Марии взвыла болью.

Через секунду прямо ей на лицо стали лить воду, которая проникая через дырку в шаре, находящемся во рту попадала и в желудок и в легкие. Мария захлебнулась и чтобы освободиться от воды ее легкие начали биться в конвульсиях.

Мучитель понял свою ошибку и перевернул ее обессиленное тело на бок.

– Моя девочка не сдержалась, он ножом разрезал штаны и вылил ведро ледяной воды сверху на заднее место, приговаривая: – Сейчас ты станешь чистенькой!

После помывки мучитель оставил Марию, до следующей ночи открыв для проветривания форточку.

Ледяной воздух заполнил всю комнату, а мокрый матрас и остатки одежды начинали заледеневать.

Следующей ночью, когда мучитель вернулся, Марии было уже все равно. Она уже несколько раз теряла сознание от боли и холода, время до его прихода пролетело быстро, очень быстро. Что еще можно сделать больней и хуже? Ей казалось, что руки и ноги она уже отморозила, или потеряла от отсутствия циркуляции крови и их уже не спасти, и спасаться ей в таком состоянии тоже не хотелось.

– Поехали моя девочка ко мне в семью! – прошипел он и начал снимать все путы. Когда мучитель достал кляп изо рта, Мария смогла прошипеть: – Воды!

На ее голову обрушилась ледяная вода, падающая сверху из ведра, она успела сделать несколько глотков, прежде чем снова потеряла сознание.

Следующее пробуждение было от того что ее трясло, но не ее тело, а тряслось все вокруг, как будто ее везут на транспорте.

Она не могла ничего видеть, ее тело было замотано в ковер, но от этого ей становилось тепло.

Сколько ехала машина Мария не знала, несколько раз она теряла сознание, и сколько в таком времени провела, тоже не понимала, света она не видела, и ориентироваться по солнцу не могла. Зато внутри ковра стало тепло, это было наслаждение, она хотела ехать и ехать, боль в руках и ногах, жажда, голод стало вторичным, главное стало тепло.