Последние часы. Книга II. Железная цепь

Если безответная любовь является пыткой, то быть объектом такой любви тоже может быть мучительно. Мучительно знать, что тебя любят, и понимать, что это не настоящая любовь. Принуждение. Приворот.

Грейс уже один раз пыталась освободить Джеймса от дьявольских цепей, здесь, в этой самой комнате. Она видела, как он смотрел на Корделию, и поняла: когда колдовство рассеется, он возненавидит ее, Грейс, как чудовище, изверга. Но все равно считала, что лучше отпустить его, пока мать лежит без сознания в лазарете.

Необходимо произнести роковые слова, после которых к прошлому не могло быть возврата.

«Мы с тобой не можем быть вместе, Джеймс, это невозможно».

Так она сказала ему в прошлый раз. Она думала, что мать ничего не сможет с этим поделать. И жестоко ошиблась. Возможно, сегодняшняя попытка разрыва тоже обречена на провал, но, с другой стороны, прошло четыре месяца. Четыре месяца Грейс не виделась и не разговаривала с Джеймсом, а от матери не было никаких вестей. С каждым днем, с каждой неделей надежда крепла в ее сердце.

Может быть, они наконец забыли о ней? Если она сейчас все расскажет Джеймсу… если он поймет, что за сила привязывает его к ней, он разлюбит ее, и железная цепь, наконец, будет разорвана.

Скрипнула дверь, Грейс быстро обернулась, думая увидеть Джеймса. Но на пороге стояла молодая горничная, которую она видела внизу, за колонной, та девушка с каштановыми волосами и веснушками на носу. В руках горничная держала метелку и совок для мусора.

Она тупо смотрела на Грейс – наверняка не ожидала обнаружить в этой комнате кого-то из гостей.

– Я могу вам чем-нибудь помочь, мисс?

Грейс постаралась не выдать своей досады.

– Я искала библиотеку.

Горничная двинулась к ней, и когда оказалась совсем близко, Грейс заметила, что улыбка ее была неестественной, словно приклеенной.

– Значит, вы заблудились?

Грейс охватило странное беспокойство, и она сделала шаг в сторону двери.

– Вовсе нет. Сейчас я уйду к остальным, в парадный зал.

– О, Грейс.

Услышав свое имя, Грейс вздрогнула и обернулась. Только в этот момент она сообразила, что горничная держит метлу под странным углом. Как будто у нее вывихнута рука. Ее взгляд стал совершенно остекленевшим, бессмысленным.

– О, ты действительно заблудилась, моя дорогая. Но ничего страшного, я пришла помочь тебе.

Грейс бросилась к двери, но горничная оказалась быстрее. В мгновение ока она загородила собой выход.