Призраки Белой крепости

Этот груз был ей вполне по плечу, но в тот миг, когда от усталости ныла каждая клеточка тела, Красной хотелось побыть просто женщиной, о которой кто-то заботится.

– Я вижу вдалеке песчаные курганы, за ними можно укрыться, – предложил Максим. Он словно угадал состояние главы и взял управление в свои руки. Являясь единственным немертвым в их отряде, он чувствовал себя вполне сносно и мог выдержать еще такой же путь.

– Идем, – согласилась Красная. – Нужно, чтобы двое пошли вперед на разведку. Там могут находиться патрули оборотней или их службы.

– Я пойду, – вызвался Макс.

– Я с тобой, – поддержал Антон близнеца.

– Пожалуй, я с вами, вам нужен кто-то способный различить следы на песке, пусть даже их оставили сайгаки, – предложил Мэтью.

Соня кивнула.

Трое мужчин удалились во тьму, которая и не думала отступать с приходом утра, наоборот, она стала еще гуще. Женщины и Роберт рухнули на землю, тяжело дыша и не глядя друг на друга. Нагрузка, которую они взвалили на себя, была непосильной даже для воителей.

Зато уже много часов им ни разу не попались дозорные оборотней. Теперь, когда Соня внимательно слушала мать и ее любовника-следопыта, им удавалось обходить опасные места стороной, но, учитывая то, что они уже находились на территории, которую занимали враги, везение это рано или поздно должно было кончиться. Вопрос заключался лишь в том, как далеко они сумеют пробраться, прежде чем их обнаружат. Анна уверяла, что довольно долго сможет сбивать со следа даже самых опытных зверей, наделенных непревзойденным нюхом, но в это никто особо не верил.

Хадижа через каждые полчаса поминала Аллаха, она молилась Богу, в вере к которому выросла, и Соня искренне завидовала ей. Она не знала молитв: в замке Сантьяго, где прошло ее детство, люди помнили богов, имена которых давно позабыты современниками, но никто никогда не читал молитв и не служил служб. Красная не знала утешения, которое религия дарует верующим, и потому была вынуждена искать иные способы развеяться и возлагать свои надежды на что-то иное.

Соня посмотрела на Лизу. Голубая едва заметно шевелила губами. Нет, она не призывала милость Господню и не ждала ее. Как и Красная, она росла в замке мага, и, как и ее, Лизу не научили простым человеческим способам обрести покой. Девушка шептала всего одно имя, это было имя ее возлюбленного, мужа, друга, главы и генерала. И оно вполне заменяло молитву.