Эликсир Бодрости

Спасаясь от толпы зомби они забрались на крышу фургона и оказались окружены кровожадными трупами. Маргарита решила забраться в кабину и увезти своих близких из опасного места. И ей это удалось, к счастью ключи были в замке. Девушке героически удалось спасти всех, кроме себя – один из мертвецов ее укусил, когда она перелезала с крыши в открытое окно машины.

Марго остановила фургон, когда они доехали до пустынной улицы, чтобы все смогли пересесть с крыши в салон и когда близкие спустились на землю она показала им укус на руке.

Сначала все жалели ее, мама и София плакали, папа злился и оставил глубокую вмятину кулаком в двери злополучного фургона. Иван схватил взявшийся из ниоткуда меч и уже занес его с намереньем отрубить подруге руку, чтобы яд не распространился дальше, но в последний момент остановился – прошло слишком много времени и было уже слишком поздно. Цвета в мире снов посерели, приобрели неприятный зеленый оттенок.

Очень резко все отстранились от Марго. Она в недоумении в сотый раз кричала им: «Это же я! Это все еще я!», пыталась взять за руку, а они смотрели на нее с ужасом, тревожно разговаривали между собой на непонятном языке, кричали друг на друга, а ее держали на расстоянии.

Даже мама почему-то не подпускала к себе.

Потом Маргарита увидела ситуацию со стороны как в кино. Она увидела как страдают ее близкие пытаясь решить что с ней делать, отталкивая от себя девушку, выглядящую как она, но уже не живую. Ее кожа посерела, радужка глаз приобрела ядовитые цвета, руки пытались схватить, а посиневшие губы так и норовили укусить хоть кого-то из ее близких.

С этим чувством страха, несправедливости и жалости к себе Марго проснулась. Из ее глаз текли слезы. Она села на кровати и оглянулась на друзей – они еще не очнулись. Фредди Крюгер дремал в своем кресле. С минуту Рыжая отходила ото сна и только после этого заметила что-то неладное: Полина лежала на спине, глаза открыты, руки раскиданы в стороны.

– Полина! – Маргарита прыгнула на кровать к подруге, бегло проверила пульс и не нащупав его, начала трясти ее, ударила по щеке, зная что это не поможет, и принялась делать наружный массаж сердца, как тут две сильных руки рывком оттащили ее назад.

– Тише-тише, успокойся, пожалуйста, не шуми. Ты рано проснулась, все в порядке, она жива как и все остальные, – тихо на ухо прошептал гид.

– У нее нет пульса! Отпусти меня, сукин сын! Ты должен был за нами следить!

– У нее есть пульс, просто он очень слабый.