Но они тоже служат злу. Часть первая. Дочь демона

Сцепив руки так сильно, что их пальцы побелели, дети бросились вперед по дороге, к арке и спасительным деревьям, меж которых девочка надеялась укрыться. Но в арочном проходе, там, где сошлись в изящном изгибе две колонны, широкая каменная плита под ногами дрогнула, качнулась и опрокинулась, сбрасывая детей в пустоту. Последнее, что увидела Змену в падении, была оскаленная морда рыжей гончей, нависшей над зияющей дырой.

А в следующее мгновение плита с противным треском встала на место, и вороны закружились над ней со злорадным карканьем – старинная ловушка лорда Марбаса захлопнулась.

21

В день похорон Басиат было ужасно сыро. Накануне шел сильный дождь, к утру он стих, но лучше не стало – густой туман окутал всю округу. Баил с трудом скрывал злость и раздражительность: он не любил сырость, да вдобавок у него болело раненое плечо.

Траурная процессия была скромной. Друзей у Басиат не водилось, и за гробом шло всего несколько соседей, домашний доктор и единственная дочь, Мотави. За густой вуалью нельзя было разглядеть лица, но Баил представлял, что черты ее искажены страданием, и это приносило ему мстительное удовлетворение.

Появлением своих шрамов – Баил притронулся к рассеченной брови, ощущая пальцами неровность кожи, – он обязан Мотави.

Что же, придет срок, и Баил будет провожать в последний путь уже Мотави – нужно лишь немного подождать. Баил осторожно приблизился к вырытой могиле. Внутри стояла вода, но носильщиков это не смутило, и они опустили обитый бархатом гроб прямиком в лужу.

Сверху посыпалась земля – могильщик работал быстро, ему не было дела до скорбящих.

– Какой практичный подход к смерти, – прошептал Баил, наблюдая за тем, как растет могильный холм. – Простота и удобство. Жаль, что нельзя оставить Басиат так.

– Простите, мы знакомы? – Мотави коснулась руки Баила.

– Что? – с презрением произнес Баил.

– Простите. Я не видела вас раньше. Вы знали мою мать?

– Нет, никогда, – Баил отстранился от Мотави и стряхнул несуществующие пылинки с рукава.

Ведьма покачала головой, пробормотала извинения и отвернулась. Немногие знакомые выражали ей свои соболезнования, возлагали цветы на могилу и прощались. Некоторое время Мотави стояла подле могилы одна, затем ушла и она. Баил провожал ведьму взглядом, пока ее силуэт не исчез в густом тумане.

– Она последняя? – спросил высокий женский голос.

Баил чуть повернул голову и кивнул, приветствуя Нимму – свою сестру.

– Да, последняя. Род закончится на ней.