Дракон и его рыжее наказание

 – От дара только беды одни. Господин Орвин чуть жену не бросил. А мой брат Марк… то есть, кузен, но мы с детских лет относились друг к другу как родные брат с сестрой… мой брат Марк сошел с ума и надумал сделать мне предложение. Нет, я такого счастья не хочу. Просто не хочу, ни за что! У меня на ближайшие годы были совсем другие планы.

Она застегнула сорочку и камзол, надела на голову берет и направилась к выходу: надо было спешить, до первого постоялого двора еще целый день пути.

Леоне пока не хотелось признаваться даже себе самой, но в душе уже расцветала надежда.

Да, денег почти не осталось, но теперь – это самое главное – она сможет держать проклятый дар под контролем. А значит, сумеет добраться до столицы. И найдет высшую придворную фею. И фея избавит ее от дара.

Всё будет хорошо.

***

Когда Леона покинула Огнёвку, всё еще было утро. Она перебралась по мосту на другой берег Черной реки, внимательно изучила карту и направилась на север. Чтобы не загнать Принца, который и так устал от ночной скачки, Леона пустила его шагом, рассчитывая уже через три часа выехать на Латарский тракт.

Латарский тракт соединял провинцию Мериньон со столицей и представлял собой кратчайший путь по прямой между двумя точками на карте королевства. Чтобы проложить его, потребовалось кое-где вырубить целые участки леса и даже продолбить тоннель в горах. Работа была закончена в начале правления нынешнего короля, Эдуарда Шестого Мудрого, и именно король Эдуард, оправдывая свое прозвище, распорядился построить на всей протяженности Латарского тракта несколько постоялых дворов для безопасности путешественников.

Постоялые дворы специально располагались на равном расстоянии друг от друга. Можно было переночевать в одном, потом провести день в дороге и к вечеру добраться до следующего. Пять дворов – шесть дней пути до столицы. Комнаты, конечно, стоили денег, однако перспектива провести ночь на свежем воздухе мало кого привлекала – в лесах водились волки.

Примерно через час Леона добралась до очередной деревеньки и, заприметив на улице колодец, решила пополнить свои запасы. Принцу она налила воды в брошенное здесь кем-то деревянное корыто, а себе – во флягу, и пока ждала, что конь напьется, глазела по сторонам. Довольно скоро к колодцу подошел местный парень и тоже принялся спускать вниз ведро, не обращая на нее никакого внимания.

У Леоны вдруг сердце забилось быстрее.