Последняя битва

Демир придвинулся к нему и шепнул:

– Впервые вижу, чтобы Чемба с двумя людьми и без охранников по лагерю ходил.

Ну конечно, вот что не так!

– Чембу не слушай, – шептал Демир, – следи за чернявым.

Обескураженный Крум повернулся к старику, спросив одними губами: почему? Но тот не успел ответить – троица подошла к костру и остановилась. Незнакомец погасил лампу.

Братья Верзилы сгрудились в двух шагах от Крума с Демиром. Стоян подобрал ружье, поставил его прикладом на землю, взявшись за ствол. Жив и Тодор стояли за спиной старшего брата, склонив головы.

– Эти? – Чернявый повернулся к Ежи.

Пацан, лицо которого блестело от пота, бросил мешок на землю, утершись рукавом, выдохнул:

– Они, Владыка.

При этих словах Демир едва заметно вздрогнул. Что его так напугало? Крум скосил взгляд на старика, лихорадочно соображая, в чем тут дело.

– Ты уверен в них?

В голосе незнакомца, которого назвали странным именем Владыка, промелькнуло сомнение.

– Чемба, может, стоит других антропов подыскать?

Вождь окинул взглядом пятерку следопытов, сдвинул трезубцем шлем на затылок и наморщил лоб, как это часто делают братья Верзилы, когда у них начинается мыслительный процесс.

– Они лучшие, Владыка, – снова заговорил Ежи. – Я беседовал с сотней мутантов, но среди всей армии, – он слегка поклонился в сторону Чембы, приложив руку к груди, – армии великого вождя Чембы… не найдется таких умных, способных по-людски разговаривать и ясно выражать мысль кочевников.

Владыка прикрыл глаза, потер ладонями лицо.

Круму на миг показалось, что чернявый выглядит сильно утомленным, как будто не спал несколько ночей подряд. А может, это всего лишь отсветы от костра так ложатся. Впрочем, когда тот сложил руки на груди, взгляд его темных глаз стал еще пристальней и жестче, как у шамана, зовущего злых демонов.

– К тому же они следопыты, – добавил Ежи.

Чемба стукнул себя кулаком в грудь и рыкнул:

– Лучшие!

– Кто у вас главный? – спросил Владыка, рассматривая пятерку мутантов и задержав взгляд на Стояне.

Крум скрежетнул зубами. Духи пустыни! Только бы Верзила не ляпнул, что он старший. После гибели Мурдана в отряде следопытов вспыхивали частые перепалки, кончавшиеся драками. Крум всегда держал кулаки за старика, Тодору с Живом было до кохара, кто ими верховодит, а вот Стояну – нет. Он желал стать лидером.

Верзила переступил с ноги на ногу, медленно повел рукой в сторону, указав на Демира, и нехотя выдавил:

– Он.

– Да, – тут же выплюнул Жив.