Холодным ветрам вопреки

А женский голос, вошедший в раж, продолжал, ничуть не заботясь о впечатлении, которое она оставляла своими словами, которые кричали, что ей ой как не нравится эта злополучная некто, про которую шла речь:

– Как она жила эти семнадцать лет? Любит ли она наш мир, мир сочной зеленой листвы и чарующих ароматов ярких цветов, мир родоначальников и врачевателей человеческих душ? Мир счастья и света, добра и любви!

И после короткой, но выдержанной паузы, она стала мрачно продолжать, словно выплевывая слова, стараясь повергнуть противника ниц:

– Или может она настолько изгадила свою душу, что переупражнялась с половиной города в искусстве грехопадения?!И сейчас примется разлагать и ваши души?

Она стала кривляться, словно переигрывая чьи то слова и потешаясь над их сутью:

– Заладили, девочка, так горько плакала за светлой Элоис, что просто не может, не может быть черной и черствой!

А потом посыпался новый поток горьких вопросов:

– А то, во что она превратилась? Вы это видели? И это ее пусть не первое, но второе воплощение – мерзкое, грязное, смрадное?! Да она же чуть не убила нас всех?!

Гнетущая тишина, которая последовала за этим монологом, давила на нервы, она терзала действительность, как запах чесночного соуса на кухне у заправского повара, и не было куда от нее спрятаться, потому что этот резкий аромат, казалось, проникал в самые уголки сознания.

Он давил и вытеснял, вонял и что-то говорил, но оказалось, что были люди, которые придерживались другой точки зрения. Они не обоняли этого острого аромата для куска худосочной баранины и сохраняли доводы разума и рассудка, а души их не были пропитаны ядом осуждения и неприязни к девушке. И Эль, которая уже с ужасом поняла, что говорили о ней, стала напряженно ждать, ждать, что же последует дальше.

Голос, который говорил, что его обладатель имеет мудрость человека, прожившего долгую жизнь и повидавшего немало, как хорошего так и плохого на своем веку, четко и разумно произнес, с легким раздражением и некоторой властностью в голосе:

– Валери, прекрати… Помолчи немного.

Надо поговорить с девчушкой и все поймем: что она за птица и наша ли это синица. Пошли, она кажется уже очнулась.

Я действительно открыла глаза, приподнялась, и стала озираться по сторонам. Я лежала на краю большой полянки в лесу, которая могла быть использована в качестве прекрасного поля для мини-гольфа.