Персефона

Теней слишком много, они сбивают с толку.

«Что за бред! – вдруг сказала себе Рыжик. – Почему я ее слушаю? Почему здесь сижу? Она же сумасшедшая! – обожгла догадка. – У нее сумасшедшие глаза! Надо уходить отсюда. Немедленно».

– Спасибо, что предупредили, – пролепетала Рыжик, стараясь сымитировать глубочайшую благодарность в голосе. – Это действительно очень важно. Но вы знаете, мне, пожалуй, пора… Сестра в доме одна, младшая…

Она не знала, какой бы еще уважительный предлог придумать, чтобы с чистым сердцем ретироваться.

Но и этого оказалось достаточно.

– Конечно, конечно! – замахала руками Ангелина Львовна. – Вам нужно идти!

Она проводила Рыжика до двери, чуть ли не подталкивая ее, так что гостья едва не споткнулась снова о залежи обуви. Рыжик даже не рассчитывала, что удастся так легко сбежать.

Она торопливо зашагала по дорожке, спиной чувствуя, что Ангелина Львовна смотрит ей вслед. «Это все полная чушь, – твердила себе Рыжик. – Просто тетенька начиталась всех тех книжек по эзотерике и магии, которые стоят у нее на полках.

Одиночество не всегда способствует правильной переработке информации. Если в голове один винтик заезжает за другой, вся эта плохо переваренная продукция выплескивается на окружающих в совершенно искаженном виде – причем совершенно не важно, на кого именно. На моем месте мог быть кто угодно. Короче, не будем обращать внимания».

На этом Рыжик постаралась обрубить все нити мыслей о странной соседке и ее туманных и не слишком оптимистичных предсказаниях.

Она ведь обещала себе, что отныне будет думать только о хорошем. В конце концов, можно хоть за городом отдохнуть от негативных эмоций? Поэтому – все! Хватит на сегодня.

Правда, оглянувшись, Рыжик обнаружила, что Ангелина Львовна все еще стоит на крыльце и смотрит ей вслед. Но стоило сделать несколько шагов, как прорицательница скрылась за кустами. И Рыжик вздохнула спокойно.

***

Когда она подошла к собственному коттеджу, на землю упали первые капельки дождя.

Еще несколько запутались в волосах.

Темный дом встречал хозяйку неприветливым равнодушием. Сверкнула молния – Рыжик увидела ее отражение в черных глазницах окон на втором этаже.

Калитка отворилась с недовольным скрипом. Рыжик торопливо прошла по дорожке, поднялась на крыльцо, а капли зашебуршали по траве и листьям яблонь уже совсем уверенно, по-хозяйски забарабанили по крыше, будто на слух подбирали какой-то замысловатый мотив на расстроенном рояле.