Не покидай меня

И пока вокруг витали шумные эмоции, выражаемые в различных по содержанию и уровню приличия словах, к нам подошел совсем незаметный с виду человек. Он представился моей начальнице и отрапортовал, что есть возможность вылететь немедленно. Правда, при крайнем минимуме комфорта. Якобы дежурный вошел в положение нашей группы и полностью готов договориться с руководством о посадке нас на арендованный грузопассажирский вариант самолета АН-12. Предполагалось, что полет начнется уже через полчаса и решение нужно принять срочно.

Я сразу не понял, почему он не сделал такое же предложение остальным нашим товарищам по несчастью?

Впрочем, оказалось, что я ошибся. Этот человек без лишнего шума обошел пассажиров и, решительно отказав тем, кто летел вместе с детьми, набрал небольшой коллектив индивидуальных авантюристов в количестве пятнадцати человек. И минут через двадцать нас пригласили к боковому выходу и без всякого оформления повели на летное поле. Видимо для нашей моральной поддержки начальница заявила нам, что после полета придется немного доплатить, но она полностью берет эти расходы на себя.

Когда завербованные пассажиры выходили из здания аэропорта, на поле нас встретил негостеприимный, холодный ветер. Мне даже показалось, что он не хочет выпускать людей на улицу. Автобус нам почему-то не предоставили. Более того, даже багаж пришлось нести самим. Только теперь я понял – меня взяли для переноски грузов. Уже тогда показалось, что моя начальница решила прямо после служебной командировки махануть куда-нибудь на Гавайские острова.

А потом еще куда-нибудь. Вещей у нее должно было хватить с учетом территориальных особенностей и даже колебаний температуры воздуха в диапазоне их сезонных изменений для любого места на нашей планете. Впрочем, я приноровился – моя сумка отлично улеглась сверху на чемодан, удобно катившийся на своих собственных колесиках. Я даже поймал критический взгляд начальницы. Видимо она не одобряла неуважительное отношение к личным вещам. Но, кроме взгляда, ничего не последовало. Видимо сыграло свою роль молчание чемодана. Ведь он мужского рода и на его месте жаловаться на лежащую на нем сумку просто неприлично.

Исподтишка я посматривал на маневры Чурбакова. Всю дорогу он лавировал, надеясь выскочить на траекторию движения рядом со своей начальницей. Но когда у него это почти получалось, я всегда успевал вовремя поставить перед ним бампер влекомого мною чемодана. И ему снова и снова приходилось повторять свои сложнейшие маневры.