Врачевательница

А вдруг он невиновен? И зачем дергать виктигта, занятого человека? Йозеф пообещал, что не сразу уведомит виктигта об их беседе. У девушек был час, чтобы самим во всем разобраться, поэтому они, ни минуты не медля, отправились к известному в узких кругах Чирке за ответами.

***

В игральном доме врачевательницы очутились впервые. Выглядел он не так плохо, как они себе представляли, тысячи раз проходя мимо. Большой и высокий павильон со множеством длинных столов и стульев из клена. Даже стойка имелась – за ней стоял усатый Чирка.

Рядом размещались бочки с элем, пахло солониной и копченой колбасой. За столами компании одертов предавались азарту. Рядом, завлекая пьяных мужчин, крутились шлюхи.

– Врачевательницы? – удивился Чирка и уперся двумя руками в стойку. – Чего вам угодно в моей «Колоде»?

– У нас к вам дело, – произнесла Хенрика.

– Какое дело? Сыграть хотите, что ли?

– Нет. – Хенрика не знала, как начать, но решила, что лучше сказать все прямо: – Кажется, ваша похлебка обращает одертов в оборотней, – шепнула она.

Чирка нахмурил брови. Какая похлебка? Какие оборотни? Видя, что Чирка не может взять в толк, что от него хотят, слово взяла Доротея:

– Вы поймали уруку и сварили из нее похлебку, верно?

– А-а. Ну да, да.

– Мы подозреваем, что похлебка каким-то образом обращает одертов в оборотней.

В игральном доме воцарилась тишина. Доротея подумала, что все ее услышали. Но, оглянувшись, врачевательницы заметили вошедшего в «Колоду» виктигта. Позади него топтался Йозеф и пристыженно смотрел на Хенрику.

Обещания своего он не сдержал.

– Почему пошли говорить с Чиркой без меня? – возмутился виктигт.

– Господин, мы намеревались кое-что уточнить, – деловито произнесла Доротея. – Не будем же мы обвинять человека просто так.

Одерты вернулись к игре и о чем-то негромко заговорили. Но Гертруда заметила, что они косятся на их компанию и пытаются подслушать разговор.

– Ну, Чирка, – обратился виктигт к одерту, – чем кормил кригарцев?

Чирка ощутил неприятное чувство вины.

На лбу выступила испарина, которую он вытер уголком фартука.

– Я же не знал.

– А точно это урука была? – уточнил виктигт.

– Урука, господин Ингвар.

По «Колоде» прошелся тревожный шепоток. Виктигт снял перчатки и положил их на стойку.

– А как ты ее поймал? – спросил он.

– Чахла она под деревом от чего-то… Ну, я в нее стрелу и пустил. Решил похвастаться добычей и наварил похлебки.

– А сам-то ел?

– Горьковата, не ел.