Покорить бандита

 – Полиция! Помогите! Насилуют! – он заткнул мне рот ладошкой.

– Пока нет, но это очень скоро случиться, – сердце так бешено колотилось в груди, что я удивлялась, как оно ещё не остановилось. Укусила его за руку, лысый придурок взвыл. – Отец, помоги, – он просто отвернулся и ушёл в комнату.

Громила завернул мне руки назад, стянул запястья кабельными стяжками. Я попыталась выдернуть руки, но прозрачная полоска впивалась в кожу, причиняя боль.

Меня, как мешок, взвалил на плечо и куда-то понес, я давилась слезами.

Отец отвернулся, продал, отдал, как имущество. И не помог, когда просила. Я конечно знала, что отец давно потерял человечность, но не до такой же степени! Что сейчас со мной сделают? Убьют? Но зачем так далеко тащить? Да и убытки должен кто-то возместить.

Меня поставили возле джипа, один из качков достал из багажника мешок.

– Чтобы ты больше не дурила и поняла всю серьезность положения. Мы не играем с тобой, крошка. Ты отработаешь долг или умрешь, – говорил Кислый прокуренный голосом.

Что значит отработаю? Может уборщицей или… Да нет, хватит верить в сказки. И так понятно, что подразумевал лысый чёрт.

– Пожалуйста, отпустите меня, прошу. Я никому ничего не расскажу, – они только поржали над моей наивностью. Я для них просто забавная игрушка, которая будет делать, что они хотят. Я замолчала, не хотела становиться посмешищем для них.

Всю дорогу слушала болтовню бандитов, они, кажется, совсем забыли о моем существовании.

Машина остановилась, меня вытолкнули из неё.

– Руки хоть развяжите, – попросила их. Холодное железо коснулась моих запястий, разрезая кабельные стяжки.

Перебираю ногами, спотыкаюсь. Я бы упала, если бы не сильные мужские руки, которые держат меня с двух сторон.

– Курица неуклюжая! – пробасил прокуренный голос.

Ориентируюсь на слух, пытаюсь понять, куда меня ведут. Стрекот сверчков, где-то вдалеке ухает сова, в воздухе пахнет свежескошенной травой, полевыми цветами. И оружейным маслом.

Им сильнее всего, этот запах исходит от брезентового мешка, одетого мне на голову.

– Ступеньки, поднимай ноги, – предупреждает знакомый мне голос. Я выполняю, слышу, как открывается сейф-дверь, мы продолжаем куда-то идти.

– На колени! – приказывает тот же голос. Я бы не подчинялась, но мне давят на плечи руками, и бьют под коленки. Я падаю, больно ударяясь коленными чашечками. С меня снимают мешок, перед глазами пляшут белые круги, яркий свет слепит.