Привычка ненавидеть

 – Ты сказал, вы будете отдыхать с парнями, так какого черта здесь была эта дрянь? Почему я узнаю об этом из общего чата? Я звонила тебе! Полночи!

Это она обо мне?

Я кусаю губу и осторожно, на цыпочках, пригнув голову, прохожу дальше по чердаку. Звуки становятся громче, и я понимаю, что стою, по всей видимости, прямо над спальней Яна. Получается, у нас один общий чердак? Сколько лет живу здесь, а никогда не знала. И если на люке, который ведет на половину Бессоновых, нет замков, то я вообще могу пробраться через чердак к ним в дом? Обалдеть.

От этой мысли у меня кружится голова. Я думала, что, несмотря на общую крышу, чердак должен быть как-то разграничен между соседями. Хотя чему я удивляюсь: до нас в этом доме жила одна большая семья, это при продаже хозяин выстроил во дворе забор и разделил дом надвое, превратив его в таунхаус. Мы заехали в свою половину на полгода позже, но я это плохо помню – маленькой совсем была.

– Вопросы будут задавать мне, а не тебе! Что вообще происходит? Вы трахали ее тут по очереди? Ты ведь должен…

– Я ничего и никому не должен! – как взрыв, звучит ярость Бессонова, и я на инстинктах втягиваю голову.

– Ян, мне не нравится, что она… – продолжает верещать его подружка.

– Успокойся, а! Ее здесь не будет, разговор закрыт! – Мне почему-то становится больно от его слов. Да, я бы никогда больше не хотела быть гостьей Бессонова, но у меня против всех разумных доводов очень внезапно колет под сердцем. Всего раз, но… – Иди сюда.

Его тон меняется, как погода за окном: там уже вовсю сияет солнце, а Бессонов говорит почти нежно, как палач, ласково уговаривающий склонить под гильотиной голову.

Я с замиранием сердца жду, что будет дальше, вслушиваюсь… и ничего. Почему я ничего не слышу? Что они делают? Они же не могут…

Моя буйная фантазия по щелчку включает контент для взрослых, который потрясает настолько, что мне становится нечем дышать. Я пячусь, натыкаюсь на ведро и с испугу переворачиваю его. Вода разливается по полу, мощным потоком стекает в люк, а я настолько теряюсь, что мечусь по чердаку, согнувшись едва ли не вдвое.

Смотрю на слуховое окно с кривыми ручками, которым никогда не пользовалась, и уже через пару мгновений, приложив немного усилий, оказываюсь на крыше под слепым дождем. Сколько еще открытий припасено на сегодня?

Не отрывая руку от рамы, я удобно и более-менее безопасно усаживаюсь на скользкой черепице под небольшим уклоном так, чтобы не слететь вниз.