Закованные в чувства

Он вбивался в меня ровными, сильными толчками, наращивая темп, не позволяя мне вдохнуть так необходимый мне воздух. Я задыхалась в его руках в то время, как разлеталась на части раз за разом. Он сделал последний толчок и с громким стоном кончил, навалившись на меня.

Мы лежали в абсолютной тишине, нарушая ее нашим тяжелым дыханием. Я не хотела сейчас что-либо анализировать. Произошло то, что произошло, и я не буду корить себя за это, тем более что все было прекрасно. Прекрасно настолько, что я готова повторять это снова и снова.

Но моим фантазиям не суждено было сбыться, Роман встал и начал одеваться для того, чтобы уйти.

– Тебе есть что сказать? – Я не дам ему уйти вот так, молча.

Он подошёл ко мне, обхватил ладонями мое лицо, посмотрев в глаза.

– Ты такая же стерва в постели, как и в жизни, – произнёс он низким голосом, – и ты права, я без ума от этого, – он отстранился, – а сейчас мне пора.

Я смотрела как за ним закрывается дверь, говорить что-то в ответ было бессмысленно. Но, черт возьми, первый раз в жизни я почувствовала обиду, обиду на мужчину.

Я не хотела, чтобы он уходил так, хотя раньше я именно так и поступала со всеми, но он не все. Ком встал в горле и слезы подступили к глазам. Да что это со мной. Я опасалась, что я больше его не увижу.

ГЛАВА 2

РОМАН

Твою мать. Я потерял контроль. Я, черт возьми, первый раз за много лет потерял контроль над собой. Она удивительная. Эта девочка – сплошное противоречие. Дерзкая, смелая, но печаль в глазах выдавала ее.

Эта каменная маска, за которой она прячется, спасала Свету. Мне, как никому другому, было легко понять почему она это делает. Не дает рассмотреть себя настоящую.

Как только я вошел в студию, я увидел перед собой воина. Правда, чертовски соблазнительного и сексуального, но все-таки воина. На ней были массивные ботинки, джинсы и футболка, оставляющая на виду полоску плоского живота. Она не пыталась понравиться, была самой собой. Это и подкупило. Огромные почти черные глаза смотрели прямо, не прячась.

А ее дерзкий язык доводил до бешенства, но в то же время заставлял желать ее.

Я провоцировал ее намеренно. Хотел посмотреть, когда смелость сойдёт на нет. Честно говоря, я думал, она сдастся, увидя меня голым в гримерной. Обычно девушки впадают в ступор от таких неожиданностей, но только не она. Она не уступала мне ни тогда, когда мы обменивались колкостями, ни тогда, когда мы занимались сумасшедшим сексом на ее столе.