Истинный король

Во всяком случае, так теперь твердили его жрецы, чье прикосновение обращало узурпатора-захватчика – в законного владыку, благословенного небесами. Максен мог при поддержке легионеров сместить Теодозия, но чтобы занять трон Империи, солдатскому императору пришлось бы отречься от своей солдатской веры и стать христианином, по крайней мере внешне. А Магнус Максимус не напрасно был любимцем легионов, причем не столько знатных и родовитых командиров, сколько простых вояк. Они действительно были семьей Максена, слово его никогда не расходилось с делом.

Редко среди высшего сословия Империи попадались люди, которые отрицали притворство и лицемерие не только своими речами, однако Максен был одним из них.

Максен Вледикс, Максен Великий, некоронованный король Ллогрис в очень недалеком будущем…

Кречет мог бы сказать, что трон подарит Максену судьба, но слова «подарит» по отношению к судьбе он предпочитал не употреблять. Поскольку лучше многих ведал, кому и во сколько такие подарки обходятся.

Важно, однако, другое.

Максен сядет на престол и править будет лучше, чем все прежние князья-риксы Ллогрис, это друид мог прочесть уже теперь, но важно опять-таки не это.

Важен приемный сын одного из союзников Максена, Килох по прозванию Свинопас, без задней мысли считающий себя сыном вояки Аэрона, того самого, что проложил себе дорогу на небеса несравненным боевым искусством. Важно, что Килох будет землю грызть, только бы доказать свое божественное происхождение, и докажет, когда сам Ильмаринен закроет перед ним двери кузницы, где куется оружие для небожителей и – реже – земных героев.

Важно, что в молодости Килох будет верным сторонником Максена, потом уйдет собственной дорогой, а под конец жизни вторгнется в Ллогрис во главе лихого отряда и сложит из голов клановых вождей курган в человеческий рост. И одни будут думать, что его после этого подвига тоже взяли живьем на небо, другие поверят, что Килоху явился звездный мост и герой ушел по нему на волшебный Авалон, третьи начнут уверять, что мост этот под Килохом растаял, ибо герой преступил наложенные на него запреты-геасы… Самого Килоха, разумеется, спросить уже не смогут.

К счастью для Максена, он к тому времени давно будет покоиться в Гарре, около Хоровода Каменных Великанов, и не увидит, во что превратит страну очередной великий герой. На мгновение Кречет позавидовал римлянину; сам он был обречен наблюдать за этим дважды, сперва звездным зрением ведуна-провидца, потом как обычный человек.