Очкарик

Распылила в воздухе освежитель и прикурила новую сигарету от еще непогашенной предыдущей. – Потерпит один день. Потом будет жить как царица. А вы останетесь здесь.

В этот момент все услышали белорусские песнопения. Одна за другой в квартиру начали входить женщины с пирогами, сладостями и домашней колбасой, торжественно поднося Ивоне свои дары. Некоторые, в том числе и молодые, были одеты в наряды, стилизованные под народные. Одна из них принесла венок, сплетенный из живых цветов, и надела его на голову Ивоны.

Самая старшая подала ей украинскую косу, толщиной с кулак и длиной около полуметра. Плетение мелкое, аккуратное, напоминающее ржаной колос. Даже не верилось, что это шиньон. Старшая из женщин произнесла патетическую речь.

– Это по-русски? – Кася наклонилась к Анке.

– А я откуда знаю.

– По-белорусски, – улыбнулась Ивона. – Не притворяйся идиоткой. Ты живешь здесь всю жизнь.

Квартира наполнилась множеством незнакомых Ивоне женщин. Те, кто постарше, рассказывали о своем замужестве.

Молодые, с распущенными либо заплетенными в славянском стиле волосами, в цветастых платьях и тяжелых кожаных ботинках военного образца, многоголосо распевали о преимуществах незамужней жизни. Старшая среди замужних начала замешивать тесто. Потом к работе присоединились остальные.

Вытащив в центр комнаты кастрюлю с опарой, они добавили туда остальные продукты, лежащие на столе. Когда тесто было готово, невесте поручили слепить фигурки – свою и жениха, стоящих под символическим деревом.

Каждая из незамужних девушек добавляла к нему по веточке, тем самым желая благосостояния молодым и как бы приближая собственную свадьбу.

– Усы, ты забыла приклеить усы! – крикнула Ивоне Каська, вызвав тем самым взрыв хохота. Она с силой ткнула в фигурку жениха тонкую полоску теста. Фигурка тут же сломалась.

Голова куколки покатилась по линолеуму, собирая по дороге грязь и пыль.

Повисла тишина. Женщины уставились на старшую.

– Холера, я не хотела. – Провинившаяся закрыла рот ладонью и пыталась пошутить: – Но твоя стоит уверенно.

Ты неплохо получилась, хлебная Бейнар.

Никто не засмеялся. Одна из женщин подняла укатившуюся голову, сполоснула ее и приклеила на место.

– Молодому жить еще долгие годы и детей кучу наделать, – объявила главная. – А каравай огромный будет. Я такого еще не видела. Хорошая жизнь тебя ждет, девонька. Лишь бы только хорошо пропекся. Теперь достаточно лишь проверять температуру.